Книга Дурная кровь, страница 80 – Уильям Марч

* * *

На фуршете миссис Пенмарк сразу заметила Реджинальда и протолкалась к нему. Они устроились на террасе у открытых французских дверей, и Реджи поинтересовался, как продвигается ознакомление с уголовными материалами. Кристин ответила, что недавно приступила к делу Денкер и прочитала несколько страниц, но так разволновалась, что пришлось отложить чтение. Она помолчала, недоуменно покачала головой и спросила:

— У вас бывало такое, что вы оказывались в незнакомом месте, или встречали незнакомого человека, или даже впервые слушали чьи-то речи, однако знали, что все это уже случалось с вами раньше?

— Да, и довольно часто. У этого явления есть название, но я его не помню.

— В общем, как ни глупо, у меня подобное чувство по отношению к Бесси Денкер, сама не понимаю откуда.

— Вы, вероятно, когда-то читали о Денкер, а потом забыли.

Помолчав с минуту, Кристин продолжала:

— Меня удивило, что в материалах фигурирует имя моего отца. Я понятия не имела, что он когда-то знал этих людей.

— Наверное, именно поэтому дело кажется вам знакомым. По-видимому, отец рассказывал вам о нем, когда вы были ребенком.

— Вряд ли. Уверена, тут нечто иное.

Реджинальд с воодушевлением заметил, что репортажи Ричарда Браво о процессе Денкер выходят за границы жанра судебной журналистики. По сути, это небольшие, но отточенные эссе, уже ставшие в своем роде классикой. В деле Денкер отец Кристин установил стандарты, которым другие журналисты подражали, но дорасти до них так и не сумели.

— Я постоянно узнаю об отце что-то новое, о чем раньше и не ведала.

Реджинальд кивнул в знак согласия, допил коктейль и осведомился:

— Как далеко вы продвинулись в изучении дела Денкер, прежде чем отложили его?

И когда Кристин ответила, Таскер объявил, что избавит ее от тяжкой необходимости знакомиться с различными криминальными эпизодами, иные из которых совершенно неслыханны, и сам поведает о них.

Он взял еще один коктейль, закрыл глаза, чтобы сосредоточиться, и наконец приступил к рассказу. Голос у него был высокий, говорил Реджи довольно быстро. Отец Бесси, Хайнц Шобер, погиб в результате странного несчастного случая с молотилкой, обстоятельства которого так и не выяснились. Впоследствии, много лет спустя, почитатели миссис Денкер обратили внимание на то, что Бесси в тот день работала рядом с отцом, однако если она и была причастна к его гибели, то доказательств тому не нашлось. Как бы то ни было, Хайнц оставил жене приличное наследство. Бесси в ту пору было около двадцати лет, и она мечтала всерьез заняться карьерой, успешное, хоть и несколько сумбурное начало которой уже было положено. Но девушка полагала, что в городе добьется большего, и ее мысли обратились к Омахе, штат Небраска.

Однако на какой-то срок Бесси осталась на ферме, чтобы ухаживать за матерью, после смерти мужа страдавшей несварением желудка. Затем, когда мать весьма своевременно скончалась, Бесси получила наследство и деньги по страховке, продала ферму и уехала. В Омахе она вышла замуж за некоего Владимира Куровского, человека весьма богатого. По настоянию невесты Куровский застраховал свою жизнь на крупную сумму. Менее чем через год его жена сделалась вдовой, оставшись наедине со своим горем и нежданно-негаданно обретенным состоянием. Она обналичила полисы, распродала имущество и переехала в Канзас-Сити. Вскоре после этого вдова Куровская познакомилась с молодым фермером по имени Август Денкер и вышла за него замуж. Он происходил из зажиточной семьи, хотя принадлежал к малоимущей ее ветви. Когда миссис Денкер заперла свою резиденцию в Канзас-Сити и вместе с новым мужем отправилась на его ферму, стартовал важнейший этап карьеры преступницы, который впоследствии приводил ее современников в восторг и изумление.