Книга Позывной "Ноль", страница 73 – Кристи Хант

Я подхожу к "Хаммеру" и усмехаюсь. Техника укомплектована из рук вон плохо. Зачем давать оружие тому, кто может просто не вернуться с задания? В багажнике шаром покати, только самый минимум. Ну и плевать. Главное, что есть колеса и полный бак бензина. Я прыгаю на сиденье, жму на газ и внедорожник с ревом вылетает со стоянки шлюза, уходя по обледенелой трассе в сторону Фэрбанкса. Плечо, которое я сам себе зашил, не просто болит, оно словно горит изнутри, словно в рану залили расплавленный свинец. Моя работа в каптерке дает о себе знать: края раны сильно опухли, приобрели синюшно-багровый оттенок. Из-под кривых, намертво стянутых ниток вовсю сочится мутная жидкость. Кожа вокруг проколов воспалилась и начала отмирать. Заражение уже пошло в кровь. Я чувствую, что эта дрянь во мне.

Полковник сделал вид, что поверил тому бреду, что я нес на допросе, и милостиво вернул меня на маршрут. Но армейские ищейки не так глупы, какими хотят казаться. Выдав предписание, мне зажали ресурсы — ни лишнего патрона, ни сухпайка в дорогу. Слишком красноречивый жест. За мной пустили хвост, и я приметил его сразу: серая тень в зеркале заднего вида, державшаяся на грани видимости. Игры кончились, ехать напрямую к убежищу девчонки означало собственноручно сдать ее.

Полдороги я вилял по заброшенным развилкам, уводя преследователей вглубь мертвой зоны. На пустынном, зажатом скалами повороте я выбрал глухое место, съехал на заснеженную обочину и погасил фары. Но оставаться в салоне я не стал — в условиях вулканической зимы превращать свой единственный транспорт в решето было бы самоубийством. Нам на этой машине еще пробираться сквозь метель. Я бесшумно скользнул наружу, укрывшись в густой тени заснеженного каменного выступа, и стал ждать, пока они приблизятся.

Преследователи клюнули на наживку. Их первый внедорожник мягко затормозил позади моего пустого "Хаммера", хлопнули двери, и двое парней вышли на мороз, держа оружие наготове. Действовать пришлось без лишнего пафоса и шума: я подпустил их на дистанцию короткого вздоха и убрал по очереди — хладнокровно, расчетливо, сухими щелчками выстрелов в упор.

Из серой мглы внезапно вынырнули фары второй машины. Солдаты полковника подстраховались. Прежде чем я успел перевести дыхание, они открыли беглый огонь. Автоматная очередь вслепую рванула ледяной воздух, пули с оглушительным свистом прошли в каких-то сантиметрах от моей головы, чудом промахнувшись и намертво засев в скальной породе за моей спиной.

— Сдавайтесь, майор Морган! Это приказ!

Адреналин мгновенно выжег лихорадочную слабость. Шагнув из тени, я открыл встречный огонь на поражение, методично добивая оставшихся врагов, пока они не успели рассредоточиться на дороге. Последний из них упал лицом в сугроб.

Моя парадная форма осталась безупречно чистой, ни единого следа борьбы, ни единой капли крови. Костюмчик даже не помялся. Окна машины целы, а салон сохраняет драгоценное тепло.

Я быстро обшарил трупы и оба их автомобиля. Полковник зажал мне ресурсы, но сам же их и предоставил в виде этой слежки. Забрав из их машины все до последнего патрона, я перетащил трофеи к себе. Теперь у меня было чем отстреливаться и на чем тянуть время.

На душе, правда, было на редкость паршиво. Внутри заворочался тяжелый комок тошноты, когда я запрыгнул в теплый салон своего автомобиля, оставляя позади мертвые тела бывших сослуживцев. Но я быстро задавил его глубоко внутрь… Я слишком давно разучился рефлексировать. Я просто привык убивать, это моя единственная настоящая профессия.