Книга Неудавшееся свидание, страница 120 – Бет О'Лири

— Тогда как ты объяснишь запись в ежедневнике? Открытку ко дню рождения? Таинственный завтрак в центре Лондона, прямо рядом с Ковент-Гарден, где ты провел выходные с Шивон?

Его лицо чудовищно искажено, ему стоит неимоверных усилий сдерживать слезы. Это так очевидно. «Господи, ну почему он просто не заплачет!» – с горечью думает Миранда, наблюдая за тем, как он пытается взять себя в руки; у него за спиной в дверном проеме мигают огоньки.

— Я не могу об этом говорить, Миранда, – наконец выдавливает из себя Картер.

— Ты издеваешься надо мной? Ты не можешь об этом говорить?

Теперь он пятится назад, подальше от нее, поближе к безликой толпе гостей.

— Стой, где стоишь, ты, бесхребетный сукин сын, – орет Миранда, сама себя не узнавая: она никогда так не выражается. Она делает глубокий вдох, подавляя рыдания. – У тебя еще есть чувства к Шивон? – спрашивает она, и на этот раз в голосе проскальзывают жалобные нотки.

Лицо Картера по-прежнему напоминает маску, ужасную маску, на которой проступает злоба. На долгое, странное мгновение он отводит глаза. Затем самообладание к нему возвращается, и он снова встречается с ней взглядом.

— Да, у меня еще есть чувства к Шивон, – с горечью отвечает Картер. – Я пытался оставить все в прошлом, но… да. У меня есть к ней чувства.

Несмотря на то что Миранда ожидала чего-то подобного и сама его подначивала, признание все равно застает ее врасплох своей резкостью, задевая за живое сильнее, чем она предполагала. Не веря своим ушам, она прикрывает лицо рукой. «Неужели это правда происходит? Неужели это происходит?» – думает она.

В доме начинается обратный отсчет, и толпа одобрительно ревет. На фоне продолжает звучать барабанная дробь.

Десять. Девять. Восемь.

— Послушай, Миранда, ты все неправильно поняла. Я не изменял тебе с Шивон.

Шесть. Пять. Четыре.

— Да, она поставила эти напоминалки в моем календаре. Да, я написал ей ту открытку с днем рождения.

Три. Два.

Картер наконец начинает двигаться – большими шагами идет к ней и хватает за руку выше локтя, не давая уйти.

— Но… Миранда, выслушай меня.

Один.

Толпа взрывается, и следующие слова Картера почти тонут в грохоте салюта:

— Это было давно. Все это, мы с Шивон… Это было уже больше двух лет назад.

— Привет, две тысячи шестнадцатый! – кричит солист, и шум нарастает, пока не сливается в один глухой протяжный рев.

Откинув голову, Шивон вопит вместе с толпой. Она еще никогда не была так готова к новому году. 2015-й превратил ее жизнь в полный бардак. В 2016 году Шивон дала себе слово быть счастливой, здоровой и не наступать на горло собственной песне.

— Все нормально?! – орет Фиона ей на ухо. – Может, пойдем подышим воздухом?

Шивон хочет остаться здесь, в центре танцпола, кружась и порхая по нему на шпильках, но одного взгляда на лицо Фионы ей хватает, чтобы понять, что подруга вот-вот грохнется в обморок.

— Конечно, – отвечает она, тут же поворачиваясь спиной к музыкантам и вслед за Фионой направляясь к выходу на лужайку. Благодаря подсветке колонны особняка Грейндж предстают перед ними во всем своем великолепии. Джозеф был прав насчет этой вечеринки – она и правда грандиозная.

— Ну как? Ты его уже нашла? – спрашивает Фиона, приподнимая волосы от шеи, чтобы охладиться. В воздухе висит легкая морось – такой дождь почти не ощущаешь кожей.