Книга Граф в моей постели, страница 72 – Нина Венс

Остановить Бюро оказалось проще, чем договориться, как жить дальше. На первое общее собрание пришли почти все. Половина требовала закрыть Междуденье, другая — сохранить, третья считала, что сначала надо решить вопрос с горячей водой. Математика явно не справлялась с количеством мнений.

Ева разложила план безопасных дорог. Большинство временных переходов пришлось бы закрыть. Город станет меньше, зато перестанет держаться на людских долгах. Те, кто пожелает уйти, получат сопровождение к своему причалу. Остальным понадобится обычная работа, правила и общий фонд ремонта.

Адриана предложили назначить временным правителем. Он посмотрел на меня почти испуганно. Прежде подобное предложение показалось бы ему естественным. Теперь он спросил, зачем городу ещё один человек, которому все обязаны верить.

Вместо правителя выбрали совет на ограниченный срок. Марта отвечала за дороги, Вера — за записи, Ева — за перестройку. Август предложил свою помощь и согласился на проверку прежних решений.

Елизавета Павловна настояла, чтобы протокол читали вслух до голосования. Это заняло много времени и предотвратило три ссоры.

На собрании предложили три разных названия нового совета. Четвёртый выступающий заявил, что название несущественно, и посвятил этому десять минут. Осип поднял руку и спросил, можно ли решить вопрос до того, как остынет принесённый хлеб.

Ева предложила обсуждать сначала дороги к школе и мастерским. Жители дальнего квартала возразили: у них всё ещё нет удобного прохода к воде. Спор оказался настоящим, без единственного очевидно правого человека. Ограниченных материалов на всё сразу не хватало.

Мы разложили карту и попросили людей отметить ежедневные маршруты. Оказалось, один небольшой мост поможет сразу нескольким кварталам. Его выбрали первым. Те, чьи дороги отложили, остались недовольны, но получили записанный срок следующего обсуждения и возможность проверить расчёты.

Адриан сидел в заднем ряду, держа корзину с хлебом. Я спросила, не скучает ли он по власти. Он посмотрел на спорящих, потом на корзину и ответил, что сегодня предпочитает должность с понятным результатом. После этого наконец научился заворачивать булки двумя руками.

Я поняла, почему чудовища в сказках часто проигрывают одному удару, а хорошая жизнь после победы почти никогда не описана. Хорошая жизнь требует терпения к людям, которые перебивают, путают пункты и всё равно имеют право быть услышанными.

К вечеру приняли первое решение: двери реестра должны оставаться открытыми в рабочие часы. Борис Семёнович тут же снял лишнюю задвижку. Никто не аплодировал. Все просто начали расходиться по делам.

Разбирательство по делу Мирова назначили через месяц. До этого он работал над возвратами под наблюдением переписчиков. Ему запретили единолично менять записи и открывать дороги. Впервые его знания использовались без права распоряжаться людьми.

Изабелла сама подала перечень своих поручений. Некоторые казались ей мелкими услугами: передать письмо, заверить копию, умолчать о новом условии. Теперь за каждой стояло имя. Я видела, как она читала список, задерживаясь на знакомых фамилиях.

Вера не стала её обвинителем и не взялась защищать. Дала показания о собственном случае, затем вернулась к работе. Это было её право, и Изабелла наконец не пыталась управлять даже чужим прощением.