Книга Чужак и не его Сновидица, страница 205 – Рина Белая

Когда все подозрительные блюда были опробованы, я отложила ложку и спокойно сложила руки на коленях, принимаясь ждать.

Поняв, что кормить его дальше я не собираюсь, Мархус удобнее устроился на ложе, подпер голову кулаком и лениво поинтересовался:

— А сама почему не ешь? Если тебе так жалко местных жриц, Сновидица, ты тоже должна принять их угощение.

Я выдержала короткую паузу, затем склонилась к его уху и тихо спросила:

— Сколько обычно приходится ждать, пока подействует яд? Ну, если он был в каком-нибудь из этих блюд?

Мархус замер, затем прикрыл глаза и тихо рассмеялся.

Я посмотрела на темную крупу и взяла чистую ложку.

— Думаю, уже можно приступать.

Все, что я решилась попробовать, оказалось неожиданно вкусным. Разумеется, кроме прозрачных червеобразных тварей, на которых старалась даже не смотреть. По совету Мезиры я смешала крупу с бульоном и съела несколько ложек. Пресные зерна пропитались густым солоноватым бульоном, и это простое сочетание неожиданно разлилось внутри спокойным теплом. Больше всего мне понравились морские гребешки –нежные, почти тающие во рту, покрытые пастой из растертых трав и ароматного масла. Когда я потянулась за очередным, разрез платья распахнулся, и пальцы Мархуса коснулись моего бедра.

Я перевела на демона взгляд, которым можно было прожечь деревянную доску. Жаль, он не вспыхнул на месте. Мархус лишь невозмутимо подтянул белую ткань, прикрывая обнажившуюся кожу.

— Бедро открылось, – пояснил он так, словно без этого уточнения я могла неправильно истолковать происходящее.

Его ладонь на мгновение задержалась у края разреза, оставляя на коже тяжелое тепло.

— Ты ешь, – добавил он. – А я прослежу, чтобы больше ничего не открылось.

Мне немедленно захотелось скормить ему всех прозрачных червей с блюда – ложку за ложкой, желательно не позволяя прожевать предыдущую порцию. Но я лишь отвернулась.

Мархус плавно переменил позу: сел ровнее, подогнул под себя одну ногу и протянул мне кубок. Темное вино качнулось у края и снова замерло.

Я посмотрела на напиток с подозрением. Затем приняла его и осторожно отпила. Тяжелое, бархатистое вино с нотами терпких ягод, пряностей и древесного дыма обожгло язык и перехватило горло. Я никогда не пробовала ничего подобного и не удержалась от гримасы.

— Сновидица, вам не понравилось? – осторожно спросила одна из жриц.

— Понравилось, – слишком поспешно ответила я.

По ее глазам было видно, что она не поверила ни единому слову. Пришлось снова поднести кубок к губам. Я заставила себя допить вино, хотя последние глотки дались особенно тяжело. Когда я уже собиралась отвести кубок, темная капля сорвалась с края и упала на открытую кожу чуть ниже ключиц.

Я едва успела опустить кубок, как Мархус оказался пугающе близко.

Его плечо заслонило огонь ближайшей чаши, дыхание коснулось моей щеки, а губы остановились в дюйме от моих. Я отвернула голову.

— Я не соглашалась быть твоей женщиной, – одними губами прошептала я, пытаясь удержать ускользающий контроль.

— И что мне теперь делать? – его ответный шепот, еще более тихий и хриплый, опалил кожу на моей щеке. – Вся цитадель уже обращается с тобой так, будто ты ею стала.

Взгляд демона опустился туда, где на моей груди блестела капля пролитого вина. В следующий миг Мархус склонился ниже и медленным, дразнящим движением языка слизнул ее прямо с кожи.