Книга Чужак и не его Сновидица, страница 208 – Рина Белая

Я сделала короткую паузу и оглянулась на людей. Они жались друг к другу и старались не смотреть на оружие стражников.

— Я прошу обращаться с ними как с переселенцами, а не с пленными. Не отправляйте всех без разбора на тяжелые работы и не разделяйте семьи. У каждого есть навыки, которые могут принести пользу вашему королевству. Найдите им занятие по силам и дайте возможность честным трудом заслужить место на этой земле.

— Ваша просьба будет исполнена, Сновидица.

— Спасибо, – ответила я и повернулась к Мархусу, намереваясь открыть проход.

Он стоял с таким непроницаемым лицом, словно провел эту ночь на похоронах, а не среди музыки, вина и жриц. Жрицы могли принять его молчание за недовольство, а наш скорый уход – за собственную неудачу.

— И еще… – добавила я достаточно громко, чтобы меня услышала не только Ишари, но и замершие за ней стражники. – Мне понравилось, как нас приняли в Золотой цитадели. Я благодарна вам за гостеприимство и за все дары этой ночи. Я надолго запомню Увлах.

Взгляд Ишари потеплел, и она ответила мне улыбкой.

В следующий момент тени поднялись из-под наших ног, скрыли двор, чашу и Ишари в тонком металлическом плетении. Через мгновение мы с демоном исчезли.

* * *

Едва нас поглотила темнота, Мархус вытащил из-под перекрещенных ремней нагрудника тонкую книгу – ту самую, ради которой мы спускались в Иркалл, – и протянул мне.

Я вопросительно вскинула брови.

— Ты обещала выполнить одну мою просьбу. Прочитай ее. Твоей жизни это не угрожает, корону предавать не придется, ложиться со мной в постель тоже. Все твои условия соблюдены.

Я снова посмотрела на книгу. Мне казалось, она была для него очень важна, а теперь он без колебаний отдавал ее мне. Но обещание оставалось обещанием. Я кивнула и забрала книгу из его рук. Пальцы скользнули по сухой, потемневшей коже переплета и задержались на непонятном названии: «Истоки Гиштара».

Я подняла взгляд и впервые позволила себе рассмотреть его как человека, которого, возможно, больше никогда не увижу. Серебристые волосы падали на лоб, подчеркивая резкие черты лица. Тяжелый взгляд оставался неподвижным. Шрам тянулся от скулы к виску уродливой полосой. Раньше он казался мне лишь еще одной частью его опасной внешности. Теперь вдруг захотелось провести по нему пальцами и понять, откуда он взялся.

Я крепче сжала книгу. Внутри медленно расползалась пустота, слишком тихая и холодная, чтобы назвать ее болью.

Больше не будет ночных переходов, угроз, сделок и этой странной близости. Он вернется к своей войне, я – к жизни в Обители. Все, что связывало нас, заканчивалось здесь. От этой мысли почему-то стало трудно дышать.

— Я прочитаю, – пообещала я. Слова дались неожиданно тяжело, и, чтобы не позволить себе увязнуть в этом чувстве, тут же добавила: – Только возвращаться ради книги не стану.

— Она твоя.

Его спокойствие раздражало. Я ожидала насмешки, новой сделки, хотя бы попытки выторговать еще одну встречу. Но демон не стал спорить. Он лишь молча смотрел на меня сверху вниз.

Когда проход открылся, Мархус задержался на границе и на мгновение опустил взгляд на книгу в моих руках. Затем развернулся и шагнул в кабинет главы дома Уоллов. Тьма сомкнулась за его спиной.

Несколько мгновений я стояла одна, прижимая книгу к груди и глядя на место, где он исчез. Затем спрятала ее под корсаж и мысленно потянулась к Гэвину. Следовало как можно скорее вернуть его в Обитель, чтобы до утреннего колокола у меня осталось хотя бы немного времени на сон.