Книга Моя русская княжна, страница 59 – Арина Теплова

— Вернись обратно. Тебе запрещено приближаться к воротам.

Я даже опешила. Вот как?

— Почему это? — непокорно спросила я.

— Приказ Янгира-эфенди.

Оказалось, что вчера Янгир нанял шесть человек для охраны, чтобы они якобы стерегли дом от воров. Так сказала мне Зухра, но я чувствовала, что это он сделал специально, чтобы я больше никуда не ушла. Вот не верила я в то, что раньше воров не опасались, а теперь они вдруг появились.

Охранники были жителями селения — бывшие вояки, служившие в роте Янгира. Когда местный дворянин ехал на войну, то должен был привести с собой отряд воинов, вооруженных и экипированных за свой счёт. На прошлую войну Янгир уезжал с пятьюдесятью воинами из местных селений, из них вернулась только половина. Всё это мне рассказала Зухра.

Мои новые поручения оказались вполне приличными. Я должна была по утрам приносить Янгиру кофе в спальню, чуть позже — завтрак Джамиле-ханум, а после обеда — письма и газеты в его кабинет, которые доставлял местный пузатый почтальон. Вечером я готовила для Янгира кальян, Зухра показала, как всё делать верно.

Вроде бы обязанности были малыми и не такими обременительными, но я видела, что мой похититель прямо наслаждается тем, как я приношу ему кофе или письма, и явно чувствует себя моим господином. Хотя я не кланялась ему и не говорила «господин», и иногда дерзила, всё равно он явно был доволен, что я прислуживаю ему.

В тот день мы с Джамилей-ханум прибирались в шкафах, пересматривали её старые платья. Какие-то готовили перешивать, вторые — почти новые — отдать в небогатые семьи, третьи — на выброс. Я вообще заметила, что хозяйка старалась сама разбирать свои вещи или вещи покойного мужа, не доверяя слугам.

Мы почти закончили, когда с улицы в открытое окно послышался громкий плач.

Джамиля-ханум выглянула в окно.

— Что случилось, Фатима? — спросила она невестку, которая, видимо, шла по двору.

Я тоже быстро подошла к окну.

— Юсуф упал с крыши и руку ударил! — завопила в ответ Фатима и дала подзатыльник сыну, который громко ревел, прижимая ушибленную руку к груди и придерживал её другой. — Говорила ему: не лазь по крышам старых амбаров!

Они вошли в дом, а Джамиля-ханум заохала и поспешила вон из комнаты.

— Я могу посмотреть его руку, госпожа, — предложила я, следуя за старой женщиной.

— Хорошо, СашА. Пошли со мной.

Несмотря на протесты Фатимы, Джамиля-ханум велела мне осмотреть травмированную руку внука.

Немедленно послали за доктором, но когда он приедет, было неизвестно. Как сказала старая женщина, он мог явиться и завтра, или через два дня, так как жил в соседнем небольшом городке, в сорока верстах отсюда. А рука у мальчика болела сейчас.

Я осторожно осмотрела руку мальчика. Раны не было, только синяк, но явно был закрытый перелом. Я видела, что Юсуф старается не плакать, так как Фатима чуть раньше заявила ему, что он ноет как девчонка, но по его лицу текли горькие слезы. Я представляла, как ему больно.

— Перелом, — кратко заявила я, обращаясь к старой женщине. На Фатиму, которая злобно зыркала на меня, но против воли свекрови не могла возразить, я старалась не смотреть. — Надо поставить кости на место и зафиксировать, чтобы все зажило.

— Ты сможешь это сделать, СашА? — спросила Джамиля-ханум.

— Да, но мне нужны будут бинты, две прямые дощечки и мягкие тряпки, чтобы проложить больное место.