Книга Безмолвный перевал, страница 29 – Александр Тамоников

— Полетим самолетом в Газни, оттуда на машинах, — предложил полковник.

Газни — прежняя столица Афганистана, воздвигнутая на высоте 2360 метров. От нее пролегает кратчайший путь к отрогам Сулейманов.

— Мне твой план нравится. Но Сирдар может сказать: «Плохой план». Ему виднее, он в горы ходил, я не ходил.

Логично. Если бы Балох знал Сулейманы, то давно бы принял решение и сам бы договорился с кланом. Решать за другого человека белудж не может. И оценивать план, намеченный Богдановым, тоже не в состоянии. Неизвестный полковнику Сирдар запросто потребует внести коррективы в маршрут.

— Где и когда встретимся с твоим кланом?

— Сегодня в пустыне. Не волнуйся, недалеко здесь. Переодень своих людей, поедем караваном.

Прикинув, сколько уйдет времени на подготовку каравана, Богданов назвал сроки:

— Часа через четыре караван будет готов.

— Хорошо, подожду.

— Будет поздний вечер, когда доберемся до места, — осторожно заметил полковник.

— Поздний вечер, — согласился информатор.

— Это нормально? Придется ночью в гарнизон возвращаться.

— Ночью даже лучше, — убежденно ответил Балох. — Моджахеды тоже по ночам в песках караваны водят, так безопаснее.

«Но мы-то не моджахеды», — хотел возразить Богданов. Сумеет ли Балох в одиночку провести целый караван по ночному Регистану? От русских помощи нет, они там будут как тюки на верблюдах, то есть лишний груз, балласт. Белудж держался уверенно. Пожалуй, в решении не сомневается. В конце концов в Гиришк он приходит из пустыни один, целым и невредимым, ни разу еще не заблудился, не попал в плен к душманам, не погиб от яда змеи или скорпиона.

— Проверьте дзангал, прежде чем отправляться, — с еще более строгим видом посоветовал агент.

«Дзангал» по-местному, на пушту, — лес, заросли. Короче говоря, оазис, для пустынных земель так вернее будет. То, что советский солдат называет «зеленкой», поскольку кучка растительности посреди пустыни выглядит и впрямь как зеленое пятно. Будто неаккуратная медсестричка пролила из аптечки флакон бриллиантового зеленого раствора на выцветшую, побелевшую под знойными солнечными лучами мешковину. «Зеленки» чрезвычайно опасны. В их густых зарослях враг запросто устраивает коварные ловушки. Одна из самых гиблых «зеленок» в зоне «Юг» — кандагарская. Осока и прочая трава там высотой с кукурузу, заблудиться можно. Стоит ли говорить, как комфортно себя чувствуют душманы в этом оазисе?

Под Гиришком, на реке Гильменд, тоже есть островок густой растительности. Об этом дзангале и предупреждал белудж. Оазис тянется вдоль канала, перегороженного двумя маленькими плотинами для регулирования воды, они же служили мостиками. Перейти через эти мостики еще год назад было невозможно, так как со стороны «зеленки» моджахеды вели плотный огонь по советским бойцам, сами оставаясь под надежным прикрытием кущей. Целый укрепрайон основали, вот до чего хитромудрые! С большим трудом удалось их оттуда выкурить в июне 1985-го, хотя все понимали, что пройдет какое-то время, месяц-другой, и враг снова вернется в облюбованную «зеленку».

Белудж тоже не лыком шит. Раз велит проверить, значит, стоит проверить, а то за милую душу накроют караван огнем, едва он покинет городок. Богданов потолкует с начальством гарнизона, чтобы отправили отряд кусты пошугать. Если в траве кто-то сидит, то ответит огнем, и тогда караван двинется обходным путем, подальше от «зеленки».