Книга Безмолвный перевал, страница 38 – Александр Тамоников

Глядя на невзрачных верблюдов, команда Богданова признаков здоровья и силы в них не приметила. В апреле бактрианы вовсю линяют, темно-бурая шерсть свисает с них неопрятными рваными клочьями. Не стоит забывать и то, что после зимы животные оголодали, ходят с впалыми боками и выпирающими ребрами. Жировые запасы на спине к апрелю полностью израсходованы, оттого горбы не стоят торчком, а висят, сморщенные и сплющенные, точно пустые мешки. Ладно бы висели на одну сторону, так нет, кое у кого передний горб болтался справа, а задний — слева, и это придавало животинке комический вид. Создавалось впечатление, будто несчастных продержали зиму напролет в тесном сундуке, а теперь достали на белый свет, измятых и запылившихся.

Нечего и говорить, облик «кораблей пустыни» разочаровывал, и все же полковник положился на авторитетное мнение Балоха. Племя наруи столетиями занималось разведением верблюдов. Зоркий глаз белуджа, выросшего на берегах Гильменда, не подведет. Раз агент определил, что верблюды здоровы и годятся для путешествия, значит, так оно и есть.

Всего животных было восемь. Семеро повезут людей, на восьмого нагрузят дополнительные запасы воды, еды и медикаментов.

Скотом Балох не ограничился, с равной критичностью осмотрел костюмы спецгруппы. Сделал несколько замечаний по поводу неумелого Лепилина, который, несмотря на полученные указания и наставления, умудрился вырядиться как скоморох.

Осмотрев чалмы, белудж погрозил Богданову пальцем, но следом лукаво подмигнул. Модника не объегоришь, как ни старайся. Полковник, прекрасно понимая, что настоящую белуджскую чалму наматывать на голову неимоверно сложно, пошел на хитрость. Чалма — это десять метров ткани, которая особым образом охватывает череп, причем сидит столь плотно, что не разматывается даже в самом бешеном танце, которые обожают белуджи. Вячеслав Антонович тщательно изучил, как Балох наматывает чалму, и сумел скрутить из тряпичной ленты нечто очень похожее и неплохо сидящее на голове с той лишь разницей, что «русскую чалму» больше не придется наматывать, ее можно надевать и снимать, как обычную шапку. Если не приглядываться, то вполне сойдет за традиционный головной убор. Информатор заметил подделку, но придираться не стал, значит, счел работу полковника удовлетворительной.

По-настоящему порадовали белуджа старания Дорохина. С нескрываемым выражением удовольствия на лице проверил агент одежду спецназовца и даже добродушно улыбнулся, впрочем, едва заметно, оглядев пышную бороду русского, что случалось с информатором крайне редко. Надо полагать, борода делала Николая Николаевича куда больше похожим на жителя пустыни, чем думали товарищи. Проводник указал на Дорохина пальцем и заявил полковнику:

— Узбек со мной рядом поедет.

Из уважения к Николаю Николаевичу товарищи сдержали смех, только неисправимый юморист Лепилин растянул рот в глупой улыбке, за что тотчас получил от Дубко болезненный тычок локтем в бок.

— Портки надень правильно! — шепотом проворчал замкомандира Лехе-балагуру.

Тот понуро и смущенно принялся поправлять на себе одежду, при этом бубнил под нос:

— Зачем нам вообще ехать в пустыню? Привез бы своего человека сюда, все обсудили бы и уже сегодня вышли в горы.

Это камешек в огород Балоха, причем совершенно напрасный, впрочем, Алексей и сам это прекрасно понимал. Хлеб за пузом не ходит. «Дону» нужно содействие клана, стало быть, «Дон» обязан отправиться к клану с просьбой о помощи и доказать, что этой помощи достоин, что спецназ КГБ надежен и не подводит друзей. Надо сказать спасибо, что один человек из клана — наш информатор Балох Рахшани — лично пришел к русским с предложением пособить в сборе разведданных.