Книга Убийство во французской книжной лавке, страница 133 – Грег Мосс

Зои попыталась представить себя на их месте в свои тридцать с небольшим лет.

Я была слишком занята карьерой, пробивая себе дорогу в музыкальном театре.

Зои мысленно усмехнулась, думая о том, что едва ли кто-нибудь в Сент-Катрин догадывается, что она появлялась на сценах Вест-Энда, что ей платили за пение, танцы и актерскую игру, а агенты по кастингу называли ее «тройной угрозой», прежде чем она сама занялась менеджментом.^[82]

Кажется, это было так давно.

Отбросив ностальгические мысли, Зои вытащила из принтера новый лист бумаги и написала: «Клэр, Тоби и Бенджи Дэй». И после короткой паузы добавила: «На мели?» Затем составила новый список людей, которые, по ее искреннему мнению, могли быть причастны, пусть и косвенно, к смерти Барбары Эрколлани, с краткими пометками о возможных мотивах. Она дошла до кандидатуры Патрика Лаграсса из ресторана «Оберж Сент-Катрин», которого поначалу не принимала в расчет, поскольку он был в отъезде.

Но в тот вечер, когда убили Барбару, ресторан еще работал. Был ли Патрик слишком занят приготовлениями к общественной трапезе? Трудно сказать. Вполне возможно, что «за кулисами» хлопотала его сестра. Ничто не мешало ему ускользнуть на пять минут и…

И снова Зои уперлась в главную проблему: она до сих пор не знала точную причину смерти женщины.

Барбара умерла или была убита?

Она подошла и остановилась в дверях, оглядывая рынок. Особой активности не наблюдалось. Продавцов было куда больше, чем покупателей. Но, как она говорила инспектору, такова природа розничной торговли.

Важно соблюдать объявленные часы работы.

Внезапно, словно ниоткуда, возник Антуан, направляясь к ней с важным видом.

— Вы ездили в Экс, не поставив меня в известность.

— Откуда вы знаете? Нет, не берите в голову. Простите. Это была спонтанная поездка, туда и обратно. – Она воспользовалась его присутствием, чтобы спросить: – Какова же все-таки причина смерти?

— Это очень деликатный вопрос, – ответил Гренель.

Он поспешил к прилавку Марселя, чтобы пропустить бокальчик белого вина. Зои стало интересно, на службе ли бригадир. Трудно было сказать наверняка, потому что он, казалось, всегда носил рубашку одного и того же цвета. Впрочем, в этот раз на ней не было знаков различия, и Зои решила, что у Антуана выходной. Он вернулся, изящно удерживая за ножку маленький бокал в форме тюльпана, чтобы вино не нагрелось.

— Так вы ответите на мой «деликатный вопрос»? – спросила она с улыбкой. – Разве мы не друзья?

— Конечно, мы друзья.

— Заходите в дом. Покупателей нет. Возможно, и я выпью с вами.

Она жестом пригласила его внутрь, и сама сходила за бокалом вина, пообещав Марселю, что вернется и рассчитается с ним позже. Захватила с собой и одну запасную порцию, чтобы угостить Антуана, если он – ожидаемо – захочет повторить. Вернувшись в лавку, она застала его, сидящего в кресле у догорающей печи и смотревшего на закопченное стекло, словно выискивая всполохи огня.

— Это мне? – спросил он.

Она улыбнулась и протянула ему второй бокал. Он поставил свой, уже пустой, на пол.

— Я хотела спросить, – начала она, – не могли бы вы помочь мне разобраться кое в чем, даже если вам запрещено говорить со мной о причине смерти. Меня вот что волнует. Как сказал инспектор Сикари, у него восемь причин интересоваться мною как свидетелем или подозреваемым. Он перечислил первые семь – уже не вспомню каждую из них, – но не назвал последнюю. И вот мне кажется, что она-то и была самой серьезной. Вы понимаете, что я имею в виду?