Книга Нестеров. Превращения, страница 153 – Руслан Григорьев

Тамара не выдержала и прыснула, а Фатьянов, не отрываясь от руля, воскликнул:

— Вот это поворот! – Расслабившись, он чуть не пропустил поворот, но вовремя сориентировался и остановился, чтобы посоветоваться. – Что будем делать, Сергей Владимирович? До ужина у шефа осталось два часа. Если завернуть в ресторан, получится из обеда в ужин. Может, в кафе перекусим?

Переглянувшись с Тамарой, Нестеров дал добро. Они выпили по чашке кофе с круассанами и скоро были дома – надо было привести себя в порядок, хоть и на местном уровне, но все-таки прием. Тамара отпаривала какие-то вещи, готовилась к вечеру, а у Сергея все было проще – рубашку погладить, и все дела. Честно говоря, он никогда этого не делал. Брюки – да, их он всегда гладил сам, жене не доверял, а рубашки – это Любочкина забота. Посмотрев, как Сергей пытается управиться с верхней частью своего туалета, Тамара отобрала у Нестерова утюг и в момент завершила непривычную для него работу.

В небольшом зале для приемов Хорунжий предложил Сергею и Тамаре места с одной стороны стола, а он с Викторией сели напротив, так, чтобы и женщинам и мужчинам удобно было вести беседу. По правую руку от хозяйки торгпред определил Фатьянова. Вечер открыл Михаил Константинович. Сказал несколько дежурных фраз, чокнулся со всеми, пригубил бокал вина и сел. Эстафету приняла Вика. С жизнерадостной улыбкой, в вечернем платье с глубоким декольте стала расспрашивать, какое впечатление на них произвел Фурат, что видели, что понравилось, что не понравилось. Она обращалась то к Тамаре, то к Сергею и получилось что-то вроде общей непринужденной беседы, в которую время от времени вносил свою лепту Кирилл. Главный устроитель мероприятия в основном молчал, иногда, в зависимости от ситуации, одобрительно или не очень хмыкал. Они попробовали закуски, салатики, под неспешную беседу перешли к горячему, стоявшему тут же на столе и подогреваемому горящими свечками. Это была баранина с овощами и мелким картофелем. Все блюда без исключения были хорошо приготовлены и сервированы, а горячее особенно. Нестеров решил сделать хозяйке комплимент.

— Виктория Леонидовна! А вы, оказывается, еще и знатная повариха?! Где вы научились так прекрасно готовить?

— Ну, что вы, Сергей! – Она намеренно пропустила отчество, подчеркнув неофициальность обстановки. – Повариха я никакая, зато у меня есть масса других достоинств. Надеюсь, в процессе нашего общения вы все-таки заметите их. Что же касается качества блюд, это не моя заслуга. – Она повернулась к сидящему рядом с ней Фатьянову. – Кирилл! Позови, пожалуйста, Федора.

Старший инженер торгпредства, исполнявший за столом обязанность виночерпия, с неохотой встал и направился в сторону кухонного блока. Вернулся почти сразу и пренебрежительно бросил:

— Ща придет.

Действительно, тотчас же на стене кухни от горящего где-то внутри помещения огня появилась пляшущая тень, которая неспешно приближалась, и наконец сидящие за столом смогли увидеть большой многослойный торт с пятью свечами. Блюдо, на котором лежал десерт, с напряжением держал на вытянутых руках небольшого роста кругленький человечек со светлыми, цвета сухой соломы, волосами в белом накрахмаленном фартуке и высоком поварском колпаке. Не доходя до стола, он остановился, слегка поклонился, сделал еще два шага и поставил свое произведение на заранее приготовленное место. Что-то в его движениях напоминало Сергею куклу, мягкую игрушку.