Книга Нестеров. Превращения, страница 187 – Руслан Григорьев

Не сдерживаясь, Тамара зарыдала в голос и стала такая маленькая, беззащитная, как ребенок. Сергей обнял ее покрепче, стал успокаивать, как мог, как умел, приговаривая:

— Тома, Томочка! Успокойся, пожалуйста. Все прошло, все кончилось. Ну что ты, родная? Не плачь, моя маленькая!

Не обращая ни на что внимания, он гладил ее волосы, плечи. Рука нечаянно скользнула и ушла в разрез рубашки. Острая грудь, будто отмеренная, легла в его раскрытую ладонь. Он вздрогнул, и небо в одно мгновение закрутилось, завертелось и унеслось в космическую даль. Он забыл обо всем на свете, остались только он и она. Боже! Какие сладкие губы, как бесподобны эти руки, обнимающие его за шею…

Резкий свист оборвал эту неначавшуюся любовь. Очнувшись, они отпрянули друг от друга. Свист повторился: резкий, сильный, призывный. Нестеров поднялся, как на пружине, неизвестно от чего у него сильно закружилась голова. Вслед за ним встала Тамара, взяла его за руку, но без страха, как в прошлый раз, скорее как опору ему, и они спустились на первый этаж. Сергей, держа наготове тесак, подошел к двери.

— Что, планы изменились?

— Вы это о чем? – последовал из-за двери встречный вопрос, и голос был не бандитский, а знакомый.

— Вы кто?

— Сергей Владимирович, вы что, не узнаете меня? Это же я, Фатьянов.

— Кирилл, ты, что ль? – Нестеров узнал голос, но угроза для них еще не ушла. – Ты один?

— Один! А кто ж еще может быть? Сергей Владимирович! У нас ЧП! Бориску «скорая» забирает! Он вас просит подойти. Как он сказал, во всеоружии.

— Подожди, Кирилл! Сейчас оденусь и выйду.

Пока поднимались, Тамара спросила.

— Сереж! А вдруг это бандиты?

— Все, конечно, может быть, с этим народом ни в чем нельзя быть уверенным, но вряд ли. Главбух, со слов Кирилла, сказал, чтоб я пришел во всеоружии. А мое оружие – ручка и диктофон. Думаю, Борис Семенович именно диктофон имел в виду. Сказать, наверное, что-то хочет. Прямо на диктофон. – Голос Сергея окреп, он принял решение. – Как бы то ни было, дверь придется открыть.

Нестеров постарался как можно быстрее одеться. Нашел диктофон, проверил – работает; собрался выходить, но остановился – вооружаться, так по полной. Залез в чемодан и вытащил фотоаппарат – подарок все тех же господ японцев, последняя модель, все сама делает. Он вышел в гостиную – Тамара Захарова стояла одетой, причесанной и вроде как даже ресницы успела накрасить.

Сергей промолчал – отговаривать бесполезно. На первом этаже он попросил ее отойти в сторону, чтобы не мешалась, если придется тесаком работать. Все-таки опасность, что Фатьянов может быть подставой – бандитской уловкой, со счетов сбрасывать нельзя. Ключом он открыл замок железной двери, отодвинул массивный засов, отошел и ногой толкнул дверь – в правой руке мертвой хваткой зажат нож, больше похожий на маленький топорик. На улице в свете фонаря стоял Кирилл, за ним никого не было. Он увидел Нестерова в боевой стойке, и глаза у него от удивления чуть на лоб не вылезли. Показывая пальцем на тесак и понимая, что это не шутка, спросил:

— Сергей Владимирович, вы чего?

— К нам незваные гости пожаловали, хотели даже дверь взорвать, чтоб войти.

— Так что ж вы не позвонили? Мы бы сразу полицию к вам направили.

— Телефон не работает. Электричества в доме тоже нет.