Книга Нестеров. Превращения, страница 234 – Руслан Григорьев

— Понятно. Мне тут сказали, Виктор Иванович вроде как уволился?

— Есть такое дело. – Кадровик раздосадованно почесал затылок. – Много сейчас непонятного происходит. Виктора Ивановича еще не назначенный министр вызвал на собеседование в два часа ночи. В два ночи, представляете? Виктор Иванович – человек со своими принципами и понятиями, опять же не совсем министерский работник, взял и не пошел. Тогда новый высокий руководитель по согласованию с заинтересованными лицами и инстанциями распорядился перевести его на должность главного эксперта. Ваш друг и товарищ при мне психанул и написал заявление на увольнение в связи с реорганизацией предприятия. Где он сейчас, я, честно говоря, не знаю.

— Да, дела, мама дорогая! А для меня есть подходящая должность?

Доброжелательный до этого вопроса Олег Александрович сник и увел свой взгляд в сторону.

— Так вы же должны были к Жарикову замом идти?

— Не сложилось. Так есть для меня место?

— Остались вакансии только главного эксперта.

— Это же на четыре ступени ниже, Олег Александрович. – Кадровик смотрел мимо Нестерова. – По образу и подобию Виктора Ивановича?

Олег Александрович молчал – Нестеров все понял.

— Где я могу написать заявление?

— Понимаю вас. – По тону, как это было сказано, Сергею показалось, что кадровик искренне расстроен таким поворотом. – В соседнем кабинете, у секретаря. У вас будет еще время на поиски нового места. Через две недели ваши документы будут готовы, можете забрать их в любое удобное вам время.

С четвертого этажа Нестеров стал спускаться пешком, размышляя по дороге о превратностях судьбы и подводя промежуточные итоги сегодняшнего дня.

Значит, все-таки его командировка не была абсолютно пустой: представительство закрывают, а Хорунжий, наверное, вместе с Викой уже в Москве. Сергей, конечно, далек был от мысли, что именно он стал причиной закрытия представительства и откомандирования Хорунжего, но в том, что именно он внес свою лепту в этот процесс, не сомневался. Повидаться бы с Хорунжим, повидаться и поквитаться. Банально набить ему морду и успокоиться – ну, нет. Этого, конечно же, мало. Нет, здесь надо придумать что-то поизящней и более эффективное, чтобы почувствовал гад запах смерти.

— Сергей Владимирович! Секундочку! – раздалось из-за спины.

Сверху его догонял Сохадзе.

— Здрасьте!

Егор был свежий, как огурчик. «Вот грузинская порода! – восхитился Нестеров. – Вчера на бровях был, а сегодня хоть на подиум выпускай».

— Сергей Владимирович, еле догнал вас. Попрощаться хотел. Не знаю, как у вас, а у меня все решилось – я ухожу из министерства. Меня давно звали в нефтянку к одному очень крутому человеку, но я не мог, дядя держал. Он не хотел, чтобы я у него работал, говорил, стремно все это, в любой момент может все рухнуть. А теперь дяди Георгия нет, в министерстве намеки со всех сторон: не пора ли место освободить – в общем, все одно к одному. Утром сегодня мне позвонили, сказали: принимай решение, а то другого человека возьмем. Я согласился, написал заявление, отдал в кадры, они каким-то образом все быстро провернули, вписали меня в приказ, трудовую тут же выдали, все за два часа оформили. Вы-то как?

Разговаривая, они спустились в гардероб, где разделся Нестеров. Сохадзе был уже одет.