Книга Полное собрание рассказов, страница 158 – Майкл Коннелли

Стилвелл встал и повернулся к новому напарнику.

— Я навел о тебе справки, Харвик. Ты из тех, кто уходит пораньше. Тебя здесь не было. В восемьдесят восьмом. Я знаю. А если и был, ты сдался и свалил до девятого иннинга. Я знаю.

Харвик промолчал. Он отвел взгляд.

— Вашон внизу, — сказал Стилвелл. — Я спускаюсь присматривать. Если дернется — я за ним. Держи рацию наготове.

Стилвелл поднялся по ступеням и вышел из ложи.

МакГвайр выбыл в начале второго иннинга, Браун легко расправился с остальными. В третьем «Доджерс» набрали три очка благодаря ошибке, пробежке и хоум-рану при двух аутах.

После этого всё затихло до пятого иннинга, когда МакГвайр начал с мощного удара в сторону правой стены поля. Пятьдесят тысяч человек вскочили со своих мест. Но правый филдер поймал мяч у самого ограждения, на полной скорости врезавшись в мягкие маты стены.

Наблюдая за траекторией мяча, Стилвелл вспомнил ту ночь в восемьдесят восьмом, когда Кирк Гибсон при счете 3-2 выбил мяч на трибуны в конце девятого иннинга и выиграл первый матч серии. Это дало невероятный импульс, и «Доджерс» пролетели остаток пути на одном дыхании. Это был момент, который многие хранили в памяти долгие годы. Время в Лос-Анджелесе до бунтов, до землетрясения, до дела О. Джея.

До того, как Стилвелл потерял сына.

Браун вел «идеальную игру» до седьмого иннинга. Толпа стала внимательнее и шумнее. В воздухе висело предчувствие чего-то грандиозного.

В течение этих иннингов Стилвелл несколько раз менял позицию, всегда оставаясь рядом с Вашоном и наблюдая за ним в бинокль. Бывший зэк почти не двигался — разве что встал вместе со всеми, когда МакГвайр ударил в стену. Он просто выпил свои два пива и смотрел игру. Рядом с ним никто не сел, и он ни с кем не заговорил, кроме разносчика, у которого купил арахис в четвертом.

Вашон даже не оглядывался. Он не сводил глаз с поля. Стилвелл начал гадать: может, Вашон действительно просто пришел на бейсбол? Он вспомнил слова Харвика о том, как люди перестают любить эту игру. Может, Вашон за пять лет в тюрьме просто пытался вернуть это чувство? Может, он тосковал по бейсболу так же сильно, как по вкусу выпивки и прикосновению женщины?

Стилвелл достал рацию и дважды щелкнул тангентой. Голос Харвика отозвался быстро — тон был сухим и холодным.

— Да.

— После восьмого спускайся сюда, чтобы мы были готовы, когда он пойдет на выход.

— Спущусь.

— Конец связи.

Он убрал рацию на пояс под куртку.

В седьмом иннинге Браун начал сдавать. Сент-Луис начал с двух синглов в правое поле, испортив «идеальную игру» и «ноу-хиттер» и поставив под угрозу лидерство, тем более что следующим на биту должен был выйти МакГвайр.

При игроках на первой и третьей базах Браун пропустил следующего бьющего по боллам, и МакГвайр вышел к пластине при полных базах. Сент-Луис мог вырваться вперед, если бы он выбил мяч за стену.

Дэйви Джонсон выбежал на горку для разговора с питчером, но, похоже, просто подбодрил его. Он оставил Брауна в игре и вернулся в дагаут под шквал аплодисментов.

Толпа замерла в ожидании главной дуэли вечера. Рация Стилвелла щелкнула дважды. Он достал её.

— Да?

— Ты веришь в это? Надо будет послать тому парню Хоутону упаковку пива за такое зрелище.

Стилвелл не ответил. Его глаза были прикованы к Вашону, который встал со своего места и поднимался по ступеням к торговому ярусу.