Книга Царь Скорбь, страница 197 – Джо Хилл

— У вас кровь, – заметил он, угловато, скованно поднимаясь с кресла.

— Ничего. Не смертельно, – заверил его Горацион.

— А жаль, – отрезал Робин и, забрав взятую на борт сумочку с бутылкой из-под вина, уселся напротив, прямо через проход.

Ван, пошатнувшись, поднялся на ноги. В лице его не осталось ни кровинки. Казалось, побледнеть хоть немного сильнее не в человеческих силах: Ван будто бы обернулся призраком, тенью себя самого.

— Пулю схлопотать хочешь? – процедил Горацион.

— Будь ты мужиком, руками бы меня забил насмерть, по-честному, – парировал Ван.

Горацион криво усмехнулся:

— Да у тебя яйца есть? Хочешь, сейчас их тебе скормлю? Проваливай.

— Еще чего! – хмыкнул Ван. – Нет уж, стреляй.

— Нет! Не надо! – воскликнула Элли.

Горацион щелкнул курком пистолета. Пассажиры в салоне закричали. Некоторые, отстегнувшись, уже спешили сбежать в бизнес-класс.

— Я, дружок, так смекаю, – заговорил Ван, – пуль-то у тебя в пистолетике всего шесть, а нас тут около трех сотен.

— Вот первую я твоей подружке в личико и всажу, – пообещал Горацион, вдавив ствол в висок Элли с такой силой, что ей пришлось, согнув шею, прижать правое ухо к плечу, но сталь все равно больно впилась в кожу.

— Не надо, – забормотал Ван. – Не надо, не надо, не надо…

Подняв руки ладонями наружу, он с отчаянием взглянул в глаза Элли, поспешно наклонился, поцеловал ее в правую бровь и, не опуская рук, выступил в проход.

Горацион отодвинулся, освобождая ему путь, и Ван занял кресло по ту сторону прохода, рядом с Робином; оба подобрались, напряглись в ожидании удобного случая. Тем временем проповедник превосходства белой расы опустился в освобожденное Робином кресло, плечом к плечу с Элли, но пристегнуться, разумеется, не потрудился.

Между делом некоторые успели сбежать, однако большинство пассажиров экономкласса осталось на местах. Все они, побледнев от страха, обернулись, выгнули шеи, наблюдая, что происходит. Элли, повернув голову, бросила взгляд за окно и не на шутку удивилась, увидев цепочку огней далеко внизу. Секунду спустя огоньки исчезли, заслоненные пенными волнами туч. «Что это там? – подумалось ей. – Наверное, автострада, дорога вдоль побережья Гренландии».

«Эф-шестнадцатый» по правому борту держался рядом. Очертаниями он, черный силуэт на фоне более светлого мрака ночи, напоминал хищную птицу, плавно заостряющуюся к ноcу стрелу со скошенными назад крыльями.

— И что же ты, Гори, собираешься делать, когда мы сядем? – полюбопытствовала Элли.

— А кто сказал, что я с борта сойду? Здесь останусь, и ты остаешься со мной. Дракон убит, в Англию мне лететь больше незачем. Потребуем, чтоб этот лайнер доставил нас в Афганистан. Читал я кое-что о тамошних талибах. Веры их, конечно, не разделяю, но их мораль достойна восхищения, – заметил Горацион, лукаво косясь в ее сторону. – А пока расскажи-ка мне про дракона.

— Про дракона ты знаешь не меньше, чем я.

— О нет, в этом я сильно сомневаюсь. Мы ведь с Царем Скорбью беседовали, и не раз. И когда я спросил его, отчего приговорен к смерти, он объяснил, что служит трем дочерям Лилит и троим сыновьям Каина – они-то и остановили выбор на мне. Даже имена назвать предложил, если я обыграю его в загадки… только предупредил, что, проиграв, я до конца жизни останусь слепым. Я решил не рисковать. Подумал: оставлю-ка лучше глаза при себе и буду поглядывать, не объявятся ли те, кто желает мне смерти. Не из них ли ты, Алиса Токлас? Не из тех ли трех дочерей Лилит?