Онлайн книга «Царь Скорбь»
|
— Куда это вы? – осведомился мистер Франциск. — За подмогой! — Будьте любезны, вернитесь на место, – велел мистер Франциск. – Пока нам не включат ток, отсюда никто никуда не выйдет. Замки-то здесь электрические. Джо Валентин, прижав к груди планшетку, изумленно, во все глаза таращился поверх нее на Донну. Только на самом деле его, конечно же, звали не Джо Валентином. В действительности Джо Валентина звали Норманом Беркли, и Колин, каким-то образом разузнавший об этом, шепнул его имя на ухо Царю Скорби. Наряду с именами еще сорока двух человек. — Ваша светлость… ваше величество, – выдохнул Норман Беркли. – Для меня великая честь… польщен… — «Польщен»? Вот как ты это называешь? Я бы сказал, ты попросту обмочился, – посредством Донны поправил его Царь Скорбь. — Матерь Божья, – пискнул Литл-Рок, – мне выйти отсюда надо! — Заткни ему пасть, – велел Франциск Сэйлему. Сэйлем, выхватив из петли на поясе тефлоновый фонарь-дубинку, шагнул к веснушчатому пареньку и ткнул его дубинкой в живот. Литл-Рок, ухнув, согнулся вдвое и опустился на колени. Но Валентин, не обращая на все это никакого внимания, глядел только на Донну. За Донной самым пристальным образом наблюдали все. Глаза она прикрыла, из ее рта и ноздрей сочился струйками дым. — Вы обязались с наступлением пасхального утра убить сорок три человека из нашего персонала. Разве так справедливо? Одни избраны, а другие?.. Чем они заслужили пощаду? — Пощады не будет ни для кого. Тем, кто увидит меня и уцелеет, я буду сниться всю жизнь, до последнего дня. Мы часто будем встречаться вновь, в Долгой Тьме, а там им всякий раз предстоит вопить, пресмыкаться передо мною, рыдать, прежде чем я растерзаю их снова. Видишь ли, тем, кого я истреблю в неярком свете действительности, придется умереть всего однажды… и один из счастливчиков – ты. Ты, Норм. Литл-Рок, не поднимаясь с колен, открыл рот, вдохнул полной грудью, будто собравшись высказаться, но лишь изрыгнул на пол струю густой бурой слизи. — Господи Иисусе, – прошептал Лансинг, крепко стиснув предплечье Вана. Здорово удивившийся, Ван не сразу сообразил, что таким образом Лансинг обращается к нему за помощью и поддержкой. — Наша страна много богаче, много могущественнее всех стран, какие только знал мир, – заговорил Беркли. – Что бы вы ни получали, служа Шайнер с Макбрайдами, мы можем дать вам гораздо большее. Чего бы вы ни пожелали в обмен на наши жизни – мы сможем вас удовлетворить. Я уполномочен вести переговоры от лица нескольких транснациональных корпораций, компаний с миллиардными активами, и правительства Соединенных Штатов. Все они выразили готовность оценить вашу службу по достоинству. Все, что угодно… в пределах разумного. В рамках здравого смысла. — Как насчет Небраски? – полюбопытствовал Царь Скорбь. Кажется, в таком ужасе Ван Валентина не видел еще ни разу. Три месяца назад Валентин был молод, смышлен, подвижен и жизнерадостен. Сейчас, в полумраке аварийного освещения, Ван увидел, каким он станет, состарившись, но тут же вспомнил: старость этому чуваку уже не грозит. — Отдайте мне Небраску. Пусть ваша армия обнесет ее глухим забором. Кто попытается выйти наружу – расстреливать всякого без исключений. От электрических сетей я ее прикажу отключить. На поля нашлю ржу и гниль, породив повальный голод. И разожгу повсюду костры, дабы небеса почернели от сажи, затмевающей само солнце. Потребую ежегодную жертву из девяноста девяти девственниц, и чтобы их умерщвление непременно транслировалось по общенациональному телевидению в лучшее эфирное время. Как у вас говорится, «в прайм-тайм». Кроме того, мы заведем собственную бейсбольную команду высшей лиги, но играть она будет только на своем поле, а по завершении каждого матча питчер проигравшей команды подлежит обезглавливанию на горке[201]. Воды Небраски я отравлю собственными слезами, разрешив к употреблению лишь два напитка: диетический «Доктор Пеппер» и «Шлиц»…[202] да, и еще объявлю вне закона все топпинги для пиццы, кроме анчоусов, – чуть поразмыслив, добавил дракон. |