Книга Развод. Господин мэр, освободите кресло, страница 23 – Виолетта Весна

— Почему именно отказаться?

— Потому что любой кандидат легко распределяет весь резерв на свои пункты, пока не сталкивается с аварией. Покажите приоритеты.

Я оставила единый реестр обращений и аудит доступности зданий. Отложила декоративное обновление набережной и часть рекламного сопровождения. По транспортным маршрутам потребовала отдельный расчет.

— Ваш штаб хочет говорить об открытости, — сказал эксперт. — Тогда опубликуйте не только список обещаний, но и то, что откладываете.

Мы добавили раздел «не в первый год». Арсений сопротивлялся: конкуренты могли вырезать его без контекста. Я настояла. Через сутки канал Марка действительно выпустил карточку «Воронцова отказалась от набережной». Полная программа показывала, куда переходили деньги.

На встрече с жителями меня спросили, почему красивый район снова должен ждать. Я объяснила приоритет аварийных зданий и не стала обвинять монтаж. Несколько человек не согласились, зато разговор впервые шел о распределении бюджета, а не о моем браке.

В один из вечеров в типографию пришел Сергей Плотников, депутат городской думы, с которым я работала по программе доступной среды. Он положил на стол визитку заместителя председателя комиссии.

— Позвони, — сказал он. — Просить ничего не надо. Просто уточни, видит ли она основания для отказа. Лучше знать заранее.

— Официальные основания будут в материалах рабочей группы.

— Лиза, так делают все кандидаты. Кирилл наверняка знает цифры раньше тебя.

— Если позвоню, чем это будет отличаться от моего входа в закрытый кабинет через мужа?

— Тем, что я не муж.

— Для жителя, у которого нет вашей визитки, разницы мало.

Плотников раздраженно убрал карточку.

— Ты собираешься управлять городом и отказываешься от обычной информации.

— Я отказываюсь от неофициальной информации по собственному делу. Если комиссия хочет проводить консультации для всех кандидатов, пусть объявит время.

Он ушел, пообещав, что моя принципиальность продержится до первого настоящего кризиса. Арсений проводил его и вернулся с тяжелым выражением лица.

— Он мог быть полезен в думе после победы.

— Если польза заканчивается после отказа от личного звонка, она стоила недорого.

На следующий день комиссия действительно объявила общее окно для уточнения процедуры. Мы направили вопросы письменно и получили ответы одновременно с другими кандидатами. Никаких сведений о результатах проверки там не было. Зато в деле сохранилось подтверждение, что мы не пытались получить их отдельно.

Дополнительная проверка двух подписей потребовала объяснений сборщиков. Одну строку исключили: женщина неверно указала дату и сама это подтвердила. Вторую оставили после сверки паспорта. Я не присутствовала при разговоре и получила только протокол. Это раздражало, потому что собственную кампанию хотелось контролировать лично. Разделение полномочий имело смысл как раз в подобных случаях.

Арсений трижды пересчитывал остаток.

— Запаса хватает, — сказал он. — Если не появится новый блок исключений.

— Что с жалобой на центр?

— Документы в нашу пользу. Но Марк добавил заявление бывшего стажера, что его просили агитировать клиентов.

Я знала стажера. Павел проходил практику год назад и ушел после конфликта из-за опозданий. В его объяснении не было даты, имени руководителя или конкретного клиента.