Книга Развод. Господин мэр, освободите кресло, страница 26 – Виолетта Весна

— Согласна. Только это.

— Только это.

Между нами стоял стол с пластиковыми стаканами. За дверью гримерной Арсений спорил с редактором о порядке вопросов. Марк разговаривал по телефону у лестницы и время от времени смотрел в нашу сторону.

— Твой штаб прислал ответ по монтажному листу, — сказала я. — В нем нет прямой фразы, видел ли ты приложения к отзыву.

— Спроси в эфире.

— Спрошу.

Кирилл поправил манжету рубашки. Я знала, что он не любит выступать сидя: за столом ему приходилось сдерживать привычку вставать во время главного довода. Сегодня формат предусматривал высокие кресла и круглый стол. Эту маленькую трудность я могла использовать, но не собиралась. В программе хватало настоящих разногласий.

Редактор позвал нас в студию. Третий кандидат, владелец сети мастерских Олег Жданов, уже сидел справа от модератора и изучал карточки. Его поддержка едва превышала два процента, однако он собрал документы и имел то же право на время, что мы.

Первый вопрос все равно достался моему браку.

— Елизавета Сергеевна, избиратели узнали о вас после публичного заявления о разводе. Почему личная неудача дает вам основание претендовать на руководство городом?

Марк добился формулировки или редакция пришла к ней сама. Это не имело значения.

— Никакая личная неудача такого основания не дает, — ответила я. — Основание дают регистрация, программа и готовность отвечать за решения. История с фильмом показала, как легко публичная должность присваивает чужое согласие. В администрации та же привычка проявляется, когда жителя ставят перед готовым решением без понятной процедуры обжалования. Я предлагаю изменить именно это.

— То есть ваш развод все-таки политический проект?

— Нет. Развод идет своим порядком и завершится независимо от результата выборов.

Модератор повернулся к Кириллу.

— Вы считаете выдвижение жены местью?

— Елизавета Воронцова зарегистрирована по тем же правилам, что остальные кандидаты. Мотивы оценят избиратели. Я буду спорить с ее программой.

Он не назвал меня Лизой. В студии это было правильно.

Жданов заявил, что семейная пара захватила эфир и разыгрывает конфликт ради общей узнаваемости. Я спросила, какие пункты нашей программы совпадают. Он перелистал карточки и перешел к налогам. Зрители в зале засмеялись, но я не стала продолжать.

Блок о транспорте начался с новой маршрутной сети. За пять лет администрация сократила дублирующие линии, добавила пересадки и обновила часть автобусов. В центре интервалы стали короче, на окраинах жители жаловались на отмену прямых рейсов.

— Реформа дала измеримый результат, — сказала я. — Среднее время ожидания в основных коридорах сократилось. Проблема в том, что жалоба на конкретный маршрут проходит через перевозчика, транспортное управление и электронную приемную без единого ответственного. Человек получает три ответа и ни одного решения. Я предлагаю публичный реестр обращений с назначенным исполнителем и сроком.

— Реестр не добавит автобусов, — ответил Кирилл. — Для новых рейсов нужны водители, техника и субсидия. В вашей программе заложено сорок миллионов без источника.

— Источник — перераспределение части резерва на рекламное сопровождение городских проектов.

— В указанной строке не сорок, а восемнадцать. Остальное вы возьмете из ремонта депо?