Книга Развод. Господин мэр, освободите кресло, страница 25 – Виолетта Весна

— Они получат четыре дня на ответ.

— Вторая сторона обычно получает время на ответ. Мы это требуем для себя.

Нина взяла лист и проверила номер договора.

— Здесь подрядчиком указано агентство Марка, а студия идет субподрядчиком. Платеж проходил через фонд Кирилла. Значит, есть акт и исходная переписка.

— Запрашиваем все, — сказала я.

Арсений сел напротив.

— Вы сейчас защищаете мужа?

— Я защищаю значение документа. Если мы припишем ему больше, чем там написано, на дебатах Кирилл разобьет весь вопрос одним уточнением.

— А лично вы верите, что он не знал?

Я посмотрела на подпись. Кирилл читал документы быстро, но редко подписывал вслепую. Он точно видел кадры. Основное уведомление тоже видел. Оставался вопрос, каким образом сумел убедить себя, что одно не относится к другому.

— Личную веру в жалобу не приложишь, — ответила я.

Мы отправили запрос в его штаб и продолжили подготовку к дебатам. Модератор прислал список тем: транспорт, бюджет, кадровая политика, отношения с областью. Последним стоял блок «Семья и доверие».

Я позвонила редактору.

— Дарью не обсуждаем.

— Оба кандидата согласны?

— Мой запрет уже направлен. У нее есть собственное письменное требование.

Через час пришло подтверждение штаба Кирилла: он также отказывается от любых вопросов о дочери. На запрос по монтажному листу пообещали ответить до эфира.

Вечером мы вывесили на стену официальное решение о регистрации. Рядом Арсений закрепил календарь. До голосования оставалось меньше семи недель.

Я больше не была женщиной, которую пригласили обсудить участие. Мое имя внесли в процедуру, из которой нельзя было выйти частным соглашением с мужем. Регистрация окончательно разделила развод и выборы.

Перед первыми дебатами Кирилл предложил мне единственное соглашение, которое я была готова заключить с ним без адвокатов.

За два часа до эфира Арсений устроил тренировку в арендованной переговорной. Нина задавала вопросы о деньгах, Ирина Сафонова изображала разочарованную сторонницу, Арсений перебивал на каждом упоминании Кирилла.

— Вы баллотируетесь потому, что муж вас не услышал? — спросил он.

— Нет. Я баллотируюсь, потому что предлагаю другой порядок управления.

— Тогда зачем начали кампанию после фильма?

— Фильм сделал проблему публичной и дал мне внимание. Решение принято после оценки программы, ресурсов и процедуры.

— Вы любите соперника?

— Это не вопрос к программе.

— Уклонение. Повторите.

После пятого раза мой ответ стал слишком гладким. Нина остановила тренировку.

— В эфире так говорят люди, которые выучили ложь, — сказала она. — Оставь обычную фразу.

Я заменила ее на более прямую: «Личные чувства не дают ни одному кандидату права на должность». Ответ не раскрывал отношения и звучал как мой собственный.

Мы отдельно разобрали бюджет транспорта. В открытом файле оставалась старая сумма рекламной строки, новая корректировка еще не была загружена. Нина предупредила, что Кирилл знает актуальную цифру.

— Если он назовет другую, не спорь по памяти, — сказала она. — Уточни источник и скорректируй срок.

Эта подготовка позже уберегла меня от попытки защищать сорок миллионов, которых не существовало.

— Дарью не упоминаем, — сказал он в служебном коридоре телестудии. — Даже если модератор нарушит договоренность.