Книга Развод. Господин мэр, освободите кресло, страница 75 – Виолетта Весна

— Если нас снимут? — спросил он.

— Обжалуем по документам. Если решение законное, признаем.

— А если оставят?

— Идем на дебаты.

— Вы когда-нибудь отвечаете про чувства?

— Сейчас у меня чувство, что ты мешаешь спать.

Он выключил свет.

Утром комиссия должна была решить, останется ли мое имя в бюллетене. Через несколько часов Кирилл выбирал, передаст ли городу доказательства, которые почти наверняка стоили ему второго срока. Эти решения были связаны одними платежами, но ни одно не могло быть платой за другое.

Решение комиссии заняло девять страниц. Главная строка помещалась в одном предложении: оснований отменять мою регистрацию не установлено.

Перед оглашением председатель последовательно разобрал три довода жалобы. Поступление денег само по себе не доказывало согласование со штабом. Возврат был начат до использования суммы. Связь Панова с подрядчиком требовала проверки, но не превращала платеж в расход кандидата без других действий. Представителю заявителя разъяснили право обжаловать решение.

Он сразу объявил, что обратится в суд. Арсений попросил копию жалобы и начал готовить возражения. Сохранение регистрации не означало, что вопрос исчез; просто новый этап уже не мог решаться устным давлением или заголовком.

Нина получила окончательную банковскую справку: возврат зачислен Панову, спорный остаток равен нулю. Комиссия приложила ее к материалам. В таблице операций не осталось суммы, которую можно было случайно смешать с нашими расходами.

Спорное пожертвование вернули до расходования. Штаб не согласовывал перевод, не включал его в бюджет и предоставил документы раньше требования комиссии. Материалы по Панову и промежуточному подрядчику направлялись на отдельную проверку. Решение не объявляло нас безупречными и не называло Марка организатором. Оно оставляло мое имя в бюллетене.

Маргарита тут же нашла в решении слабое место: комиссия не получила от банка сведения о том, кто запрашивал состояние перевода до публикации жалобы. Заявитель мог строить обжалование на неполноте проверки. Мы подали ходатайство о приобщении ответа сразу после его получения и попросили суд, если иск поступит, вызвать банковского специалиста.

— У нас есть решение, но расслабляться нельзя, — сказала она. — Обеспечительные меры могут снова остановить кампанию.

Заявитель действительно направил иск после полудня. Суд назначил предварительное рассмотрение на следующий день и отказался запрещать мне агитацию до изучения документов. Мы сообщили об этом одной строкой, без слова «победа». Решение комиссии оставалось действующим.

Арсений обнял Нину. Она позволила ему ровно две секунды, потом потребовала выписку с окончательным проведением возврата.

На улице сторонники кричали, что мы победили. Я взяла микрофон только для короткого заявления.

— Комиссия сохранила регистрацию на основании документов о возврате и отсутствии расходов. Проверка источника продолжается. Голосование еще впереди.

— Потребуете снять Воронцова за действия штаба? — спросили меня.

— Требования должны иметь правовое основание. Сегодня я его не вижу. Избиратели оценят документы и программы.

Через час Кирилл передал внешний аудит комиссии, следователю и сторонам договоров. Не в редакцию и не мне. Сначала зарегистрировали описи, носители и оригиналы платежей. Только после этого его штаб объявил пресс-конференцию.