Книга Развод. Господин мэр, освободите кресло, страница 80 – Виолетта Весна

Арсений предложил закончить словами о смелости начать заново.

— Это подходит любой рекламе от банка до фитнес-клуба, — сказала я.

Мы закончили конкретнее: если я проиграю, передам все собранные предложения победителю и опубликую расходы штаба; если выиграю, начну с переходной описи и не назначу ни одного руководителя без объявленной процедуры.

Перед финальными дебатами студия превратилась в тесный коридор людей с папками. Кирилл пришел без Марка и без прежней свиты. С ним были Круглов и одна координатор. Мы встретились у двери в аппаратную.

— Комиссия оставила тебя, — сказал он. — Поздравляю.

— Аудит передан. Я видела описи.

— Полную копию получит Маргарита.

— Уже получила.

Он кивнул. Между нами не требовалось подтверждать каждый факт дважды.

— Я не буду благодарить тебя за мою регистрацию, — сказала я. — Комиссия приняла решение по нашему возврату.

— Так и должно быть.

— И не стану спасать тебя от последствий признания. На дебатах отвечу по документам.

— Ты и не должна.

Его голос был спокойным. В этой фразе не было ни упрека, ни просьбы заметить, как хорошо он изменился.

Редактор позвал нас к сцене. Кирилл пропустил меня не как женщину, которую обязан защищать, а потому что мое место находилось ближе к двери. Я села за свой стол. Справа разместился Жданов, слева — Кирилл.

Загорелся сигнал прямого эфира.

Первый вопрос модератор адресовал всем троим:

— После раскрытых нарушений, ошибок и личных конфликтов почему каждый из вас считает, что вправе просить Реченск о доверии?

Я посмотрела в камеру. За последние девять недель мы лишились возможности выиграть красивой легендой. Оставались работа, цена решений и город, который на этот раз должен был выбрать сам.

— Я прошу не доверять мне без проверки, — ответила я. — За время кампании я раскрыла нарушение, которое скрывала пять лет, потеряла должность в собственном центре и изменила программу после обоснованных возражений. Это не делает меня безупречной. Поэтому мои первые решения создают способы проверять главу города: журнал встреч, открытый отбор, единый реестр обращений и отвод при личном интересе.

Жданов пообещал собрать команду из новых людей и не брать в администрацию никого из прежнего состава.

Кирилл говорил последним.

— Пять лет работы дают мне опыт и ответственность за результат. Они же делают мои ошибки дороже. Я завершил транспортную реформу, начал ремонт моста и провел город через паводок без серьезных потерь. Одновременно я разрешил использовать семейный архив после отказа человека, чье согласие обязан был уважать, и недостаточно контролировал штаб. Документы переданы до голосования. Прошу оценить все вместе.

Модератор перешел к программам. Мы спорили о сроках моста, коммунальном резерве и открытых конкурсах. Кирилл точно показал, что моя оценка первого года не включает рост стоимости двух контрактов. Я признала разницу и назвала проекты, которые придется перенести. Я спросила, почему он сохранял руководителя закупочного управления после трех сорванных конкурсов. Кирилл ответил, что замена в разгар моста создала бы больший риск, и признал, что после завершения этапа отбор следовало открыть.

Жданов воспользовался нашим спором и предложил отказаться от второй очереди набережной, чтобы сохранить районные программы. Его расчет не учитывал обязательства по софинансированию: при отказе город возвращал часть региональных средств. Я показала сумму возврата, Кирилл подтвердил срок соглашения. Жданов не стал защищать ошибку и заменил предложение пересмотром третьей очереди. Это был нормальный разговор кандидатов, где признанная неточность не уничтожала человека.