Книга Я больше не ваш тыл, генерал, страница 103 – Виолетта Весна

Арсен замер. Потом ответил так же осторожно, будто боялся разрушить не меня даже, а ту хрупкую честность, на которой мы стояли последние сутки. Поцелуй был тихим, почти болезненным. В нем не было победы. Только усталость, желание, сожаление и что-то такое, чему я пока не хотела давать имя.

Когда я отстранилась, он не удержал.

Просто отпустил руки.

Я опустила взгляд.

— Это ничего не меняет.

— Да.

— Я серьезно.

— Я тоже.

— Мы не можем сейчас играть в «почти снова вместе», пока Таисия и Лев неизвестно где.

— Не будем.

Я посмотрела на него.

— Тогда почему я все равно чувствую, что сделала ошибку?

— Потому что тебя много лет учили, что любое движение ко мне снова делает тебя слабее.

Я резко вдохнула.

Он сказал это не обидно. Очень тихо. И слишком точно.

— А вы? — спросила я. — Что чувствуете вы?

Арсен долго молчал.

Потом ответил:

— Что впервые за много лет рядом со мной не тыл. Человек. И я не знаю, как не потерять это окончательно.

Я закрыла глаза.

Не надо. Пожалуйста, не надо говорить красиво сейчас, когда я так устала защищаться.

Но он сказал не красиво.

Он сказал правду.

Мы вернулись в переговорную почти через полчаса. Полина посмотрела на меня один раз и ничего не сказала. Это было хуже любого комментария. Сомов спал, уронив голову на сложенные руки. На экране все еще висела карта старого комплекса с отмеченной водонапорной станцией и пунктиром технического коридора.

Я уже собиралась отправить Полину в свою комнату, когда зазвонил мой обычный телефон.

Не защищенный.

Обычный.

Звук показался слишком громким.

На экране был неизвестный номер.

Полина сразу встала. Арсен оказался рядом, но не взял телефон из моих рук. Просто посмотрел на экран и сказал:

— Включи запись. Громкую связь. Решение твое.

Раньше он бы забрал аппарат.

Сейчас ждал.

Я включила запись и приняла вызов.

— Да.

Сначала я услышала не голос.

Дыхание.

Детское, прерывистое, будто ребенок пытался говорить тихо и не заплакать.

Потом шепот:

— Тетя Варя?

У меня подкосились ноги.

Арсен подхватил меня за локоть, но не забрал телефон.

— Лев? — сказала я, стараясь, чтобы голос не сорвался. — Левушка, ты меня слышишь?

— Я слышу, — прошептал он. — Только я не должен говорить долго.

Полина уже показывала Сомову на телефон, тот проснулся мгновенно и бросился к ноутбуку.

Арсен молча включил второй аппарат и жестом приказал кому-то за дверью поднимать трассировку, но сам не издал ни звука.

— Где мама? — спросила я.

Пауза.

В ней было слишком много страха.

— Она спит. Они сказали, что она устала. А я не сплю, потому что тут холодно.

Я почувствовала, как сердце ударило о ребра.

— Лев, посмотри вокруг. Только осторожно. Что ты видишь?

— Темно. Есть дверь. Она железная. И еще вода где-то шумит. Не как дождь. Как за стеной.

Водонапорная станция. Или старые трубы. Или технический блок.

Арсен стоял рядом, его лицо было абсолютно неподвижным, но глаза стали такими, что я поняла: он уже складывает карту.

— Ты молодец, — сказала я. — Очень храбрый. А запах какой есть? Лекарства? Дым? Бензин?

Мальчик задышал чаще.

— Пахнет железом. И вода за стеной.

Полина закрыла рот ладонью.

Сомов что-то быстро печатал.

Арсен наклонился ближе к телефону, но не вмешался. Дал мне говорить, потому что Лев позвонил мне. Не ему.

— Лев, послушай меня внимательно. Ты не должен спорить с ними и не должен выходить, если не уверен. Мама рядом?