Книга Я больше не ваш тыл, генерал, страница 79 – Виолетта Весна

Голос был чужой.

— Да, — сказала Полина.

— Даниил пытался связаться со мной. Его письмо стерли. Ответили от моего имени. А доказательства, возможно, лежали в моей папке, пока я… — я запнулась, — пока я занималась чем угодно, только не им.

— Варя, не начинай.

— Я могла найти раньше.

— Не могла. Ты не знала, что искать.

— Но он рассчитывал на меня.

Полина сжала мою руку.

— И не ошибся. Потому что флешка сейчас у нас, а не у тех, кто ее искал.

Я посмотрела на пакет.

Черная точка внутри прозрачного пластика.

Маленькая, почти невесомая.

И такая тяжелая, что вокруг нее уже гибли люди.

Арсен тихо сказал:

— Даниил не зря выбрал тебя.

Я резко подняла глаза.

— Не надо.

— Что?

— Делать из этого красивую фразу.

Он принял.

— Хорошо. Тогда факт: благодаря тебе носитель не нашли.

— Потому что я сама не знала.

— Именно.

Полина кивнула.

— Иногда лучшая защита информации — неведение носителя. Извини, звучит цинично, но работает.

Я хотела ответить, но телефон Арсена завибрировал.

Он посмотрел на экран.

Лицо стало жестче.

— Кто? — спросила я.

— Радан.

В машине стало так тихо, что я услышала, как где-то под капотом щелкнуло реле.

— Не отвечайте, — сказала Полина.

Арсен убрал телефон.

— Не буду.

— Он знает про суд? — спросила я.

— Знал.

— Про нападение?

— Уже да.

— Про флешку?

Арсен посмотрел на пакет в руках Полины.

— Пока нет.

Пока.

Слово повисло над нами.

Машина свернула с основной дороги. Водитель включил поворот слишком поздно, потом еще один, уходя от возможного хвоста. Я смотрела в окно и впервые за день почти не думала о разводе.

Брак расторгнут.

Я больше не жена Арсена Градова.

Но это не спасло меня от его войны.

И, кажется, не освободило от той части меня, которая все еще знала его дыхание, его молчание и то, как он сидел рядом в суде, не прося остаться.

Полина положила пакет с флешкой в свою сумку, во внутренний отсек.

— С этого момента, — сказала она, — мы никому не верим.

Я посмотрела на Арсена.

Он не возразил.

— Даже вам, генерал, — добавила Полина.

— Правильно, — сказал он.

Я устало закрыла глаза.

За стеклом город плыл серыми пятнами. Где-то за нами остался суд, где чужой голос произнес: «Брак расторгнуть». Где-то впереди ждал гостевой дом, Сомов с изолированным компьютером, Таисия, Лев, Радан и флешка, которую я носила с собой, пока думала, что главная тайна моей жизни — чужая женщина у закрытой квартиры.

Оказалось, главная тайна давно лежала в моей собственной папке.

В разошедшейся подкладке.

В месте, куда я никогда не заглядывала.

Как и во многие части своего брака.

Флешку вскрывали не сразу.

Сначала ее фотографировали.

Потом Полина, с видом человека, который готов укусить любого, кто протянет руку без протокола, заставила Сомова подписать акт первичного обнаружения. Потом Назаров привел двух свидетелей из числа тех, кто не имел отношения ни к логистике, ни к внутреннему контролю. Потом Сомов принес отдельный ноутбук без доступа к сети, чистый внешний диск, камеру фиксации и тонкие перчатки.

Все было правильно.

Юридически аккуратно.

До тошноты медленно.

Я сидела в комнате связи гостевого дома и смотрела на маленький прозрачный пакет, внутри которого лежала черная флешка.

Та самая.

Из моей старой рабочей папки.

Из подкладки, которую я не проверяла год.