Книга Мы сегодня не умрем, приходи завтра, страница 153 – Саммер Холланд

— Да, садовый. Он у вас… любит такое, верно?

— Лишь бы она умела им пользоваться.

— Поверь, она не просто так работает в цветочном. Уж садовым-то ножом точно умеет.

— А ты… когда-нибудь пробовала?

— Срезать цветы?

— Лили, – строго хмурится Феликс. – Пользоваться оружием.

— В Шеффилде я играла в крикет. Если хочешь, чтобы я могла себя защитить, куплю крикетную биту. Ей я обычно не промахиваюсь.

Его лицо неожиданно светлеет, и на нем появляется такая гордость, что кофе, кажется, становится еще слаще.

— Крикет? Ты? Почему именно крикет?

— В нашей школе была смешанная команда, мы даже играли против других. А у меня неплохо получалось.

— Бэтсмен? Моя девушка – бэтсмен? – Феликс произносит это с восторгом. – Не могу представить. Даже если крикет я способен понять – мало ли что в Шеффилде придумают, – тогда уже… филдером?

— Это потому что мне не справиться со сложной ролью?

— Нет! Просто ты такая тонкая.

Он ласкает взглядом мое тело, и я невольно смотрю на свои огромные, как у пловчих, плечи и пытаюсь понять, что тонкого он здесь нашел. Впрочем, меня поставили на позицию не из-за них.

— Я математик, – отвечаю я. – Всех математиков делали бэтсменами.

— Как мало я знаю о крикете!

У Феликса сияют глаза. Я уже вижу все фантазии, которые всплывают у него в голове: мне даже нравится, как он сейчас на меня смотрит, хотя я не сказала совершенно ничего такого.

В местной школе в крикет не играют. Я спрашивала, когда перевелась, но мне посоветовали сосредоточиться на экзаменах. Наверное, уже не вспомню, как рассчитывать траекторию мяча.

— Договорились, – улыбается Феликс. – У тебя будет бита.

— Если я начну ходить с ней по улице, у людей возникнут вопросы.

— Это правда, – задумывается он. – Но я что-нибудь придумаю.

— Все настолько опасно?

— Нет, дело не в этом. Просто… я же не всегда рядом.

Мы замолкаем, допивая кофе. Феликс смотрит в сторону, погруженный в собственные мысли, а я пытаюсь представить мир, в котором он живет.

Войны банд. Ежедневная опасность. Друзья. Муниципальная квартира. Похороненные мечты о футбольной карьере.

И почему-то кажется, он считает, будто все, что происходит с нами, – его персональная ответственность. Даже я, хотя уж с этим-то можно справиться и самой.

— Хочешь посмотреть фильм? – нарушает молчание Феликс. – У нас тут их целая куча.

— Звучит как свидание.

— А у нас, по-твоему, что?

Я напрягаюсь: думала, кофе – это что-то вроде предварительных ласк. Мы ведь так и не переспали, хотя вместе уже почти месяц. Или теперь ему не нужно?

— Наверное, свидание…

— Если нет настроения на фильм, можем просто провести время вдвоем, – предлагает Феликс. – Мне с тобой хорошо и болтать, и молчать.

Он меня не хочет. По крайней мере, сегодня. Это обидно, но на него столько всего свалилось, что неудивительно.

— А мы не подеремся, выбирая фильм? – с усилием улыбаюсь я.

— Я не дерусь с девушками, а еще готов уступить. Только, пожалуйста, не бери ничего совсем нежного – у матери много такого.

— Значит, сегодня без «Красотки».

Я подхожу к стопке с кассетами и опускаюсь на корточки.

— Боже, только не «Красотка», – с ужасом отвечает Феликс. – Что романтичного в истории о том, как проститутку купил богач?

— Он вытащил ее из трущоб, а она заставила его чувствовать себя человеком.