Онлайн книга «Счастье в 50. Драмы больше нет»
|
Моя рука сама ложится на живот, и тут же моя малыха отзывается толчком. Для меня танцы моей куколки – веский повод для радости. — Все хорошо, – отвечаю тихо, но губы сами растягиваются в улыбке. – Девочка развивается как надо, по сроку. Врач говорит, что всё идеально. И все же… Даже эти слова не могут разогнать тучи в моей душе. Потому что, пока я говорю о ребёнке, в голове назойливо стучит: “А Денис… Денис даже не спросил о малышке. Ни разу. Будто это его не касается”. Радует только то, что сыновья обо мне не забывают. Звонят, спрашивают, как я, как сестрёнка. Особенно Тимка… Тут же вспоминаю недавний разговор с младшим сыном: – Мам, ты как? – голос Тимофея в трубке тёплый и мягкий, как плед альпаки, которым я укрываюсь в холодную погоду. – Нормально, сынок, – отвечаю, стараясь, чтобы голос не дрогнул. – А малышка? Толкается? – Ещё как! – смеюсь, и в животе тут же ощущаю лёгкий толчок, будто куколка сама отвечает брату. – Видимо, характер у неё будет боевой. – Это круто! Тим замолкает, и я слышу, как по другую сторону трубки что-то шуршит. По звуку понимаю, что сын, как сладкоежка, есть конфету. Не тороплюсь его. Через несколько секунд снова раздается его голос: – Мам… а папа… он… Я замираю. Сердце грохочет о ребра, как птица о планеты клетки. – Он не спрашивает, – отвечаю тихо. – Ну и хрен… – резко выдыхает Тим, и в трубке раздаётся глухой удар. – Ладно. Его проблемы. Главное, чтобы ты была в порядке. – Ты не против… что я… – Мам, не ерунди… Сын перебивает меня твёрдо. Замечаю, что его голос стал совсем мужским. – Я уже взрослый. И я на твоей стороне. Всегда. Слёзы подступают к горлу, горячие, колючие. – Спасибо, сынок… Сейчас снова думаю над тем, как сильно я боялась, что сыновья отвернутся от меня. Особенно Тим. Ведь он всегда был ближе к отцу. Но нет… Тимофей оказался мудрее, взрослее, чем я думала. Эта мысль согревает меня, как глоток горячего чая в морозный день. Из мыслей о сыне меня вырывает моя Юлька. — Муз, а где ты будешь жить после… ну, после того как… – подруга осторожно подбирает слова, угол её губы дёргается, словно она боится сказать лишнее. — После того как продам дом? – заканчиваю за неё, и во горле тут же появляется ком. – Перееду к Матвею. Уже предупредила арендаторов. — А Денис знает? — Нет. И пусть узнает последним, – говорю резко, и в рту становится горько. Юлька морщит нос, будто почувствовала запах тухлятины — Ну его к чертям. Карпович давно потерял право что-то решать. Согласно киваю. Но… В душе – пустота, а в голове мысли: “Как же так получилось? Ведь когда-то мы любили друг друга…” Наш разговор с Юлькой прерывает секретарь Катя. Она подходит к столику бледная, как скатерть, что на нем лежит. Пальцы девушки дрожат, сжимая телефон. — Муза Анатольевна там… Денис Борисович пришёл. И он… Знаете, он не в себе… Сердце замирает. Я вздрагиваю. В мозгу семафорит всего одно слово: “Опять…” — Катя, в каком смысле “не в себе”? — Пьяный. И… агрессивный. Поднимаюсь со стула, сжимая салфетку, что пальцы белеют. Понимаю, что не могу позволить ему устроить сцену перед коллективом и гостями. Со словами: “Я разберусь, Катя. Не переживай!” – иду в фойе, и в этот момент телефон вибрирует в руке. Смотрю на экран и вижу сообщение от Назара: “Вернулся. Где ты? Могу подъехать”. |