Книга Курвеллочка, страница 96 – Мара Евгеника

Второму же было чихать на ее запреты, резкие ответы, посылы к забору и демонстративное молчание.

Греков упрямо бомбил ее эсэмэсками, цветами, пакетами с разными вкусностями.

Курьеры её квартиру навещали каждый день в разное время.

Дорогущим шампанским Ирка уже могла торговать, как и сладостями, которые она совсем перестала есть. Вернее, тот, кто жил и рос внутри неё.

Если каждый вечер её мучил Йети своими сообщениями, то каждое утро пупсяра - токсикозом.

"Ух, какие упорные оба, - отгоняя от себя мысль, что беременна от Грекова, думала Ириха о превратностях судьбы. - Господи, ну почему случилось именно так, что судя по сроку яйцеклетка и хвостатый поженились именно в те злосчастные два дня. Какого лешего я, вообще, решила заняться сексом со Стасом? И на кой хрен открыла дверь ночью, не включив видеодомофон? И почему нельзя от одного донора взять внешность, а от другого характер?"

Эти три вопроса, как и другие, Ирина задавала себе постоянно.

Ответы не радовали. Во всем случившемся женщина винила только себя.

Для самой себя у нее не существовало презумпции невиновности.

Ирка знала, что все оправдания - пшик, пустой звук.

Факт её не предусмотрительности на лицо.

Вернее, пока ещё не виден совсем, но скоро полезет на нос.

Пока Ирина думала и поглаживала свой плоский живот телефон снова завибрировал очередным сообщением:"И не мечтай. Я не сдамся. Люблю тебя, твой Йети"

Прочитав, Курвеллочка снова хлюпнула носом и вытерла невольные слезы. "Играй гормон" мучил её наравне с токсикозом и Грековым.

В отношении последнего она была на сто процентов уверена, что КентоЙети слово свое сдержит.

В порядочности Макса она убедилась, когда он без всяких кривляний, как сказала Егорова, подписал её заявление.

- Ириша, все сделала, как ты и просила. Распечатала платёжку с суммой и назначением платежа. Положила перед Грековым сначала её. Потом твое заявление на отпуск с последующим увольнением, - вздохнув, без энтузиазма в голосе рассказывала Наталья во время их очередного телефонного разговора. - Макс долго смотрел на оба документа. Потом на одном и на втором без каких бы то ни было комментариев поставил подпись. Единственное, сильно насупился, когда я передала ему пакет с коробочками. Может все же тебе не нужно было этого делать. Мне, кажется, что для него - это оскорбление.

- Все правильно я сделала, Наташа. Незачем давать человеку надежду, если он не входит в твои планы, - спокойно ответила ей Ирина.

- Зря ты с Грековым так, Адольфовна. Классный он - мужик. Не говно и не хлюпик. Подумай. Время ещё есть, - прощаясь, Егорова посоветовала Гросси.

"Мы выбираем путь, идём к своей мечте. И надо не свернуть с пути уже нигде," - вспоминая недавний разговор с Натальей, Адольфовна начала мурлыкать себе под нос песню группы "Земляне".

Именно её всегда пел папа-Адя Ирине, когда она в детстве начинала психовать и плакать от отчаяния.

Войдя в раж после нескольких строчек спетых тихо, Ирка вылетела с постели. Нашла песню в своём телефоне. Присоединила гаджет к системе домашнего кинотеатра. Врубила на полную мощность. А дальше…

Ириха в короткой пижаме со смешными мишками лобала на венике и забойно голосила в ручку швабры, как солист группы:" И стоит шаг пройти - заносит время след. Обратного пути у жизни просто нет. Поверь в мечту. Поверь в мечту скорей. Поверь в мечту, как в доброту людей. Поверь в мечту, как в красоту. Поверь когда-нибудь. Поверь в мечту, поверь в мечту и в путь…"