Книга На Запад!, страница 55 – Андрей Булычев

— Не бои-ись, такие, как он, не падают, – с усмешкой заметил десятник Устим. – А коли даже упадут, так и все одно не утонут. Вы это, вы рано веселитесь братцы, совсем скоро таскать из трюма товар замучаетесь, вот уж где самое-то веселье начнется! В прошлый приход мы аж три дня суда разгружали, а потом на торговый двор все свозили и снова там таскали да раскладывали.

В самом Булгаре дело было больше уже за приказчиком Гостятой. Целый день он бегал по купцам и по самым разным торговым дворам, где рядился за свой товар и сговаривался о цене закупного.

В итоге через две седмицы со всеми ценами определились и за русским добром на то подворье, где разместились андреевцы, начали подъезжать подводы. Работные люди с великой осторожностью укладывали на них стопки листового стекла. Каждая из них обвязывалась конопляными веревками и была проложена слоями сухого мха, лыком и соломой. Так же осторожно грузили и выдувные стеклянные сосуды. Такие изделия ценились здесь чрезвычайно. Стекло в это время было доступно только лишь самой узкой высшей прослойке средневекового общества. Основная же масса народа пользовалась глиняной или деревянной утварью, а на маленьких и узких оконцах практически во всех домах был бычий или рыбий пузырь, иногда слюда или плотная вощаная бумага.

Забрали готовую, пошитую одежду, рулоны шерстяного сукна и льняного полотна. Несколько огромных бухт пеньковых канатов выкатили прямо из ворот амбара и таким же образом катанули их по мосткам на огромные телеги. Несколько повозок загрузили и лучшими, какие только были в это время, парусами – конопляными. Ведь конопля – это было единственное растительное волокно, которое не портилось от контакта с морской водой. Именно поэтому снасти на судах многие сотни лет делались из «женских» растений этой культуры, вот от них-то и получалась наиболее прочная нить.

Самым последним забиралось боевое железо. Ценилось оно в Булгарии сейчас особенно сильно. Эта страна и так беспрерывно воевала, отстаивая свою независимость от своих боевитых соседей. Старалась она покорить и слабых. А тут на ее южные границы вышла такая страшная сила, как монголы. Восьмой год уже шли схватки с ними на приграничных землях, и пару раз за это время тумены завоевателей доходили даже и до средней Волги. Булгарам срочно было нужно оружие. Требовалось очень и очень много оружия! Не зря же ханом на него вот уже два года как была отменена обязательная ввозная десятина, лишь бы сюда шел постоянный его подвоз.

В широкую грузовую арбу укладывались щиты, шлемы и латные доспехи. На многих из них виднелись отметины от пайки и починки. Из Андреевского поместья вывозились последние, никчемные для тамошней дружины трофеи, что были добыты в свое время на полях сражений в Германии, Тавастии и Эстляндии.

— Вешайте этот, этот и этот куль! – приказчик оптового скупщика указал на сложенные во дворе плотные рогожные мешки.

На один крючок равноплечевых коромысловых весов, или по-новгородски скалвов, подвесили куль, а на другой, противоположный – пудовую гирю.

— Ровно, – удовлетворенно кивнул приказчик. – Вот этот теперь!

Так взвесили выборочно пять кулей из всей огромной партии. Везде куль совпадал с весом гири и даже немного ее перевешивал. Подручный приказчика резко сдернул груз с крючка, шов мешковины треснул, и из дыры на землю высыпалось несколько металлических наконечников стрел.