Книга Желтые цветы для Желтого Императора, страница 127 – Екатерина Звонцова

— Большое, ух, – услышал он голос Харады и поспешил подойти. – Как… живое?

— Это точно, – отозвался Кацуо. Его ладонь снова лежала на рукояти оружия.

Оно – возвышавшееся на противоположном берегу – и правда выделялось. Было, наверное, вдвое выше сестер и настолько широкое, что Кацуо и Харада, попытайся они обхватить ствол с разных сторон, не соприкоснулись бы пальцами. Ветки, толстые, крепкие, тянулись во все стороны, но по большей части горбились, будто плача. Озеро отражало их, увенчивая каждую мерцающей небесной звездой.

— Я подойду, – тихо сказал Кацуо, скинул в траву расстегнутый плащ и сделал шаг вбок. – Нужно кое-что проверить. А вы оставайтесь здесь.

Мэзеки не был против: голова уже кружилась, все мышцы начинали ныть, глаза слипались. Требовался отдых. Хотя бы привалиться к ближайшей вишне и подышать. А больше всего Мэзеки мечтал умыть разгоряченное лицо, получив хоть коротенькое облегчение.

— Эй! – Недовольный окрик Харады ударил по ушам. Мэзеки поморщился, еще раз прокашлялся и, найдя ближайший торчащий из земли корень, тяжело начал опускаться на него, одновременно стаскивая с плеч узел. – Эй! Что там проверять, ну дерево и дерево! Ты что-то задумал, да? Опять нас как-нибудь подстав…

Мэзеки не видел сейчас лица Кацуо, но не сомневался: там самая едкая из его усмешек.

— Не поверишь, но даже ты еще не настолько мне надоел, до столицы дойдем точно.

— Ну ты! – рыкнул Харада снова. Он уже, тоже сбросив плащ, чтоб не цеплялся за ветки, плелся следом. Оставалось только пожелать удачи, когда он и вовсе заступил Кацуо путь, уперев кулаки в бедра. – Еще раз, как ты любишь говорить. Нам не нужны от тебя неприятности.

Кацуо, удивительно, пока молчал. Неужели считал, что заслужил подобные обвинения? Скорее просто устал и не хотел тратить силы даже на остроумие. Но правда, что он там собрался смотреть? Мэзеки кинул на большую вишню еще взгляд. Жуткая, но… лишь дерево?

— И если ты сдохнешь, например, утонув, – закончил мысль Харада и даже пальцем перед носом Кацуо потряс, – это тоже будет неприятность, потому что, представляешь, если мы к твоим мибу заявимся без тебя, они наверняка…

— Это не займет много времени, и это, скорее всего, не настолько опасно, – оборвал Кацуо, наконец потеряв терпение, обошел его и двинулся вдоль берега дальше. В морозной тишине его голос звучал отчетливо, несмотря на расстояние. – Займитесь пока стоянкой. Нам нужен отдых. У самой воды, где нет корней, можно развести хотя бы костер.

— Мэзеки. – Харада обернулся. Пришлось принять вид пободрее. – Ради всех богов, ты же во мне не нуждаешься? – Он кивнул на узел. – Мы скоро. Займись огоньком и воды вскипяти.

— Ты не видишь, что юный косё уже не может стоять? – Кацуо не оглянулся, но ладонь в запрещающем жесте приподнял. – Ты хочешь, чтобы до города он не дошел?

А вот это было лишним.

— Я в порядке! – вспылил Мэзеки. Пересиливая себя, встал, склонился к узлу, принялся там рыться. – Идите вдвоем. – Смаргивая красных и черных мошек, он поднял голову. Кацуо развернулся, наблюдал за ним – взгляд пронизывал даже с расстояния. И злил. Пора было напомнить ему его место. – Я понятия не имею, что ты там ищешь, но я тоже тебе не доверяю. – Он помедлил и уточнил: – Точнее, после твоих слов я не доверяю дереву… – Хлопнул себя по лбу: вот же проклятье, похоже на лихорадочный бред. – В общем, ты меня понял. С тобой нет твоих волков, мы на чужом берегу, возьми хоть кого-то.