Книга Тысячи осеней. Том 1, страница 435 – Мэн Сиши

— Куда же направятся теперь монах Шэнь и глава Янь? – спросил Чэнь Гун. – Мы возвращаемся в империю Ци и будем проходить через Чанъань. Если господам с нами по пути, я мог бы подвезти вас. Заодно и глава Янь останется неузнанным, так что вы избежите ненужных хлопот.

Чэнь Гун предпринял это опасное путешествие, чтобы извлечь цзюань из Великой опоры. Теперь она попала в руки Янь Уши, но Чэнь Гун об этом даже не упомянул – значит, он успел запомнить все ее положения. Однако Чэнь Гун своей речью хотел не только выказать Шэнь Цяо доброе расположение и великодушие, но и намекнуть: он не собирается разглашать, что Янь Уши жив и где недоброжелатели смогут его отыскать.

Верно говорят в народе: на три дня мужи разлучились – знакомство заново нужно свести. К нынешнему Чэнь Гуну уже никак нельзя было подходить со старой меркой.

Шэнь Цяо мельком глянул на Янь Уши и вежливо отказал Чэнь Гуну:

— Благодарю за заботу. Мне есть куда пойти, а что до главы Яня, он сам примет решение.

— Я пойду с тобой, – торопливо вставил тот.

Чэнь Гун улыбнулся: не принял их отказ близко к сердцу.

— Пусть так. Тогда пришла пора нам прощаться. Как сказал поэт: «не изменятся лесом поросшие горы, вечно текут изумрудные воды». Мир тесен, быть может, мы еще свидимся. Надеюсь, при следующей встрече глава Янь уже восстановит свои силы, а монах Шэнь снова возглавит школу Сюаньду. Простите, что не провожаю вас.

Шэнь Цяо ничего не ответил на его учтивые речи – лишь сложил руки у груди и поклонился.

Дабы покинуть Тогон, им нужно было возвращаться по прежнему пути: сперва добраться до поселения, в котором они останавливались на пути в Жоцян, там передохнуть и купить лошадей, а затем последовать в столицу, откуда уже держать путь на Центральную равнину. Но их с Чэнь Гуном намерения и стремления в корне различались, а Шэнь Цяо к тому же хотел о многом расспросить Янь Уши, поэтому он не стал принимать предложение Чэнь Гуна стать его попутчиком.

Чэнь Гун и его подчиненные медленно побрели прочь, тяжело ступая по мелкому песку. Вскоре налетел ветер и засыпал их следы, будто никого здесь и не было. Проводив их взглядом, Шэнь Цяо повернулся к Янь Уши и сказал:

— Чэнь Гун – человек отнюдь не великодушный. Вы забрали у него цзюань «Сочинения о Киноварном Ян», и он, хоть и успел запомнить ее положения, несомненно, затаил на вас злобу. Он еще доставит вам неприятностей.

Янь Уши пристально поглядел на него, а потом вдруг обиженно ответил:

— Красивый братец, я ничего не забирал.

Шэнь Цяо закрыл лицо рукой.

— Знаю. То были прежний вы… другой Янь Уши. Но как бы то ни было, цзюань все равно у вас, так ведь?

— Ты нас различаешь? – иной Янь Уши как будто обрадовался.

Шэнь Цяо какое-то время молчал, а потом заметил:

— Будь на вашем месте какая-то другая личность, боюсь, она бы просто ушла. Ни о каком возвращении за нами не могло быть и речи.

— Я так рад, что ты меня ни с кем не перепутал! – воскликнул Се Лин. – Я знал, что он бросит тебя, и про себя очень переживал. Я приложил все силы, чтобы подчинить себе тело и вернуться!

Он потянул Шэнь Цяо за руку.

— Не сердись на меня, красивый братец. Ладно?

Шэнь Цяо тяжко вздохнул.

— Поступи он иначе, и был бы не Янь Уши. К тому же настоящий он никогда бы не сказал мне этих слов. И не представить, что глава Янь способен на такое.