Книга Вернуть отправителю, страница 46 – Виктор Венцель

Снег тоже идет с завидным постоянством в восточных областях, до ста трех дней в году в районе Ангмагссалика; на западе — чуть ли не вдвое реже пятьдесят пять дней у Сисимиута. Чем дальше к северу, тем более характерными становятся нечастые, легкие снегопады. В западных прибрежных районах летом часты туманные дни сто тринадцать — сто двадцать восемь дней в год для Кекертарссуаке и Илулиссате. Научной исследовательской станции MeridianBlock повезло оказаться прямо в заснеженном центре.

Клеменс давно перестал отслеживать погоду, как и отмечать проведенные в ледяном заточении дни. Вой ветра за стенами бункера стал для него чем-то естественным и родным, как шум машин, для жителя города. Клеменс долго метался по крохотному отсеку, не зная, что следует взять в последнюю вылазку с собой, но так ничего и не смог придумать. Он выбрал один из трех последних фонарей, запас аккумулятора которого был больше половины и на этом остановился.

Брать с собой консервы или воду было бы верхом глупости. Если ему удастся добраться до спасателей, в этом уже не будет нужды. Если же нет, тем более. Тогда какой смысл в том, чтобы тащить на себе лишнюю тяжесть?

Клеменс не верил в успех. Если не смогли добраться до плато предыдущие, то что сможет сделать он? В одиночку? Если не получится добраться до снегохода в ангаре, придется или возвращаться обратно, или попытаться преодолеть расстояние пешком, а это верная смерть. Он пойдет один, налегке. Настолько быстро, насколько ему позволят занесенные снегом склоны. А что из этого получится, уже не особо важно. Теперь, когда Клеменс видел перед собой конкретную цель, предыдущие сомнения и неудобства уже не играли никакой роли.

Клеменс открыл одну из банок консервов, перетащил весь их оставшийся запас к кровати Юлиуса, оставил их на тумбочке и положил рядом консервный нож. Юлиус сегодня спал чрезвычайно крепко, и даже не проснулся, когда он случайно уронил жестянку на пол. Клеменс не хотел будить друга, поэтому постарался действовать максимально быстро и беззвучно. Он вытряс остатки медикаментов из аптечки и уложил их на край тумбочки. Неважно, что произойдет с Клеменсом — этого запаса продуктов и лекарств хватит Юлиусу, чтобы продержаться не меньше недели. Возможно, за это время подоспеет помощь, а если нет… Клеменс не хотел об этом думать.

Он прошелся по центру связи, перебирая в голове все, что прочитал в распоряжении Руководителя, вернулся к ящикам с одеждой, выбирая что-то теплое и непродуваемое ледяным ветром. Облачался в новую сбрую долго, тщательно проверяя каждый замок и застежку, будто космонавт, перед выходом в открытый космос.

Последним в карманах куртки оказалась связка ключей — если повезет, то один из них обязательно откроет двери ангара. Он не помнил, какой именно ключ ему нужен, поэтому решил прихватить все. Клеменс, волнуясь, обошел комнату последний раз, внимательно огляделся вокруг, подсвечивая углы лучом фонарика, и направился к выходу.

Выход с базы представлял собой широкий, запертый на тяжелый вентиль, массивный шлюз, лишенный даже смотровых окошек. Клеменс немало потрудился, пытаясь повернуть рукоятку до упора, и когда дверь издала привычное шипение, наконец-то поддавшись, совсем отчаялся.

«Десять шагов по темноте до следующей двери, — мрачно напомнил он себе, шагая вперед, даже не обернувшись, — А потом, будет подъем наверх. Идти по лесенке до упора. Это легко. Я уже это делал. Ничего сложного»