Книга Чёрный ратник 6, страница 68 – Макс Гато

Луна немного подумала, потом еще раз вздохнула, отвернулась и пошла в дом, ничего не ответив.

Я же проверил своих людей. Все были в боевой готовности.

Уже у ворот, когда люди строились, меня поймала Агата.

Она раздала всё, что у неё оставалось: Ясный взор Соловьёву, Каменную кожу Ярославе и Ивану, четыре шара жидкого огня мне и Климу. Сумка после этого висела на её плече пустой и плоской.

— Больше делать не из чего, — сказала она. — По крайней мере, пока не найдем место под лабораторию.

— На этот раз хватит, — отозвался я.

Агата помедлила, поправила ремень сумки и посмотрела на меня снизу вверх.

— Вы, главное, вернитесь, — попросила она тихо. — Зелья я ещё сварю, а вот вас варить не из чего.

— Вернёмся, — пообещал я.

Агата, несмотря на жизнь в Ордене, была непривычна к постоянным сражениям. Нужно было найти ей место под лабораторию как можно скорее.

Я отдал последние команды. Мы вышли из деревни за три часа до рассвета, в полной темноте, и до Волчьей пасти дошли за полчаса.

Низина оказалась именно такой, как описывал Ефим.

Дорога вытягивалась между двух пологих лесистых холмов и шла по дну шагов двести, прежде чем снова выйти на открытое место. Склоны заросли ельником и подлеском, крутые, но проходимые пешему. Внизу, на дороге, стоял туман по пояс.

Я расставил людей еще до рассвета.

Соловьёв с тремя лучниками ушёл на левый склон — там ельник был реже и обзор шёл до самого дальнего конца низины. Клим со щитами встал поперёк дороги в самом узком месте, у выхода. Восемь человек, считая двоих его калек и троих Кузнецовых, и задача у них была простая: никого не пропустить и не сломаться.

Ярослава с Иваном засели на правом склоне, в подлеске, шагах в пятидесяти от дороги. Им предстояло ударить во фланг, когда колонна упрётся в щиты.

Мы с Громовым и Зарецким остались за спиной у Клима. Тем, кто прорвётся сквозь стену, деваться было некуда, кроме как на нас.

Прохор с Тишкой и двумя мужиками ушли на дальний конец низины и засели там.

Вскоре небо посветлело, и на горизонте показалось несколько фигур.

Дозорные выехали из тумана шагом, растянувшись цепочкой по дороге. По сторонам они поглядывали лениво, без напряжения — явно люди, которые ездили здесь сто раз и ничего не встречали. По крайней мере, до сегодняшнего дня.

Двое из них упали почти одновременно.

Стрела Тишки ударила переднего дозорного в горло, и он завалился набок, зацепившись ногой за стремя. Второго достал кто-то из лучников с левого склона — в бок, под приподнятую руку.

Третий дозорный успел начать разворачивать коня.

Из подлеска выскочил Прохор с двумя мужиками. Дозорный ударил пятками по бокам лошади, попытался развернуть её, но запутался в поводьях, и этого хватило. Его выдернули из седла и добили на земле.

Лошади, оставшись без всадников, шарахнулись в разные стороны. Две ускакали вбок, в сторону холмов, и пропали в подлеске. Третью, ближнюю, Прохор поймал за узду и увёл в ельник.

А еще через полчаса из тумана донеслись новые звуки.

Сначала зашуршали шаги, много шагов вразнобой. Потом заскрипело колесо, противно и на одной ноте. Кто-то впереди отряда хватовских подал голос, коротко скомандовав не растягиваться, и голос эхом прокатился по низине и утонул в тумане.

Колонна входила в Волчью пасть.