Книга Горизонт Событий, страница 103 – Евгений Волков

Андрей выделил последние слова, глядя прямо в сенсоры существа. Он давно раскусил Ката. Вся его психология, все его комплексы были как на ладони. Если бы на этом месте сидел другой червь или принципиальный генерал-фарианец, переговоры зашли бы в тупик. Но с этим червём всё было просто.

Андрей давил на нужные рычаги — тщеславие, жадность, жажда реванша — с точностью хирурга. Он видел, как багровый цвет гнева на теле зуугулса начинает уступать место глубокому, пульсирующему фиолетовому оттенку задумчивости и вожделения. Капитан просто давал врагу именно то, чего тот хотел больше всего на свете — иллюзию абсолютной власти.

— Что… Что ты можешь предложить? — наконец спросил Кат. В его голосе, лишённом привычной вальяжности, прозвучала откровенная, ненасытная жажда.

Андрей не ответил сразу. Он сделал несколько шагов назад, освобождая центр зала, и коснулся коммуникатора на запястье.

— Ватсон, покажи ему.

В центре помещения, разгоняя уютный полумрак, вспыхнула масштабная голографическая проекция. Она была настолько чёткой и детальной, что казалось, будто пол под ногами исчез, и они зависли в глубоком космосе.

Перед взором зуугулса медленно вращалась колоссальная, невообразимая структура. Сфера Дайсона. Исполинский панцирь из металла и энергии, полностью сомкнувшийся вокруг звёзды, заковывая светило в темницу, чтобы выпить его энергию до дна.

Вокруг этого рукотворного титана, словно бесконечный рой мошкары, сновали тысячи, десятки тысяч кораблей. Они двигались в идеальном, пугающем порядке, образуя живые потоки металла. Сенсоры Ката вытянулись в струну, едва не касаясь проекции. Его кожа побледнела до цвета старого пергамента — смесь благоговейного ужаса и шока.

— Это домашняя система арианцев, — голос Андрея звучал жёстко, вбивая каждое слово как сваю. — И я знаю её точные координаты.

Капитан шагнул сквозь голограмму, разрывая изображение армады своим телом.

— Это их технологии. Их ресурсы. Их верфи. Ты представляешь, что это может принести Альянсу? Это не просто добыча, Кат. Это абсолютное доминирование. Я даю тебе ключ к величайшей сокровищнице галактики.

Массивное тело Ката, ещё секунду назад вальяжно развалившееся на гравиподушке, застыло, превратившись в изваяние. Тысячи мелких сенсорных волосков на его «лице» вытянулись в струну, вибрируя с такой частотой, что издавали едва слышный высокочастотный писк. Они жадно впитывали каждый фотон голограммы, каждое движение крошечных точек-кораблей, словно пытаясь попробовать эту информацию на вкус, убедиться, что это не иллюзия.

Кожа зуугулса превратилась в безумный калейдоскоп. Сначала она стала мертвенно-белой — цвет первобытного ужаса. Перед ним было логово самой ужасной страшилки галактики, тех, чьё имя шёпотом произносили на окраинах. Сама мысль о том, чтобы приблизиться к этой армаде, казалась самоубийством.

Но затем, по мере того как смысл слов Андрея доходил до его сознания — «технологии», «ресурсы», «власть» — белизна начала отступать.

Её сменил глубокий, пульсирующий фиолетовый цвет. Он расцветал пятнами, словно чернила, пролитые в воду, захватывая всё тело. Это был цвет алчности. Цвет, который затмевал инстинкт самосохранения. Кат подался вперёд, рискуя свалиться с платформы. Его щупальца-манипуляторы непроизвольно дёргались, будто он уже пересчитывал несуществующие кредиты или подписывал указы о назначении себя Верховным Канцлером.