Книга Горизонт Событий, страница 114 – Евгений Волков

Он сделал паузу, словно взвешивая каждое слово.

— Я думаю, это было правильно. Мне нужно было там побывать. Чтобы увидеть конец старого мира, принять это и найти силы идти дальше.

Они замолчали, и тишина в каюте стала густой, наполненной образами, которые каждый видел перед своим внутренним взором.

Андрей вновь и вновь возвращался к тому кошмару: застывшее, припорошённое красной пылью лицо девчонки на мёртвой улице марсианского города. А следом память подбрасывала болезненно яркий контраст: солнечные дни на даче деда, запах нагретого дерева, отец, живой и смеющийся… Два мира: потерянный рай детства и обретённый ад реальности.

Дрея же думала, что мир, который она знала, исчез не в одночасье. Он начал рушиться ещё при ней, ещё до старта их миссии. Но она всегда помнила его живым, пусть и угасающим. Она никак не думала, что ей придётся увидеть не агонию, а уже последствия смерти. Тишину.

— Знаешь, ты прав… — тихо проговорила девушка.

Она медленно опустилась обратно, вновь устроив голову на его груди и прислушиваясь к ритмичному, успокаивающему стуку его сердца.

— Наверное, я хочу там побывать. В последний раз. Попрощаться.

Андрей крепче прижал её к себе, глядя в темноту над головой.

— Хорошо. Мы вернёмся туда. Я обещаю.

Робо стоял на широкой обзорной палубе учебной станции, заложив лапы за спину. Отсюда, с высокой орбиты, открывался захватывающий вид на поверхность Колыбели и бездонную черноту космоса, теперь расчерченную огнями сотен кораблей.

Сегодня он выкроил время, чтобы посетить лекционные залы, где будущие офицеры Объединённого флота постигали науку войны. По правде говоря, самому Светлейшему было не менее интересно, чем молодым курсантам. История человечества, полная бесконечных конфликтов, пугала своей жестокостью, но завораживала тактической изобретательностью. Увы, государственные дела не позволяли ему стать прилежным студентом, и он лишь урывками, как сейчас, позволял себе провести пару дней среди курсантов, впитывая дух перемен.

— Светлейший, вам бы поесть, — раздался мягкий, заботливый голос позади него.

Робо дёрнул ухом и обернулся. Это была Ларси.

Она была его избранницей. Пусть традиции лааарискай не предполагали долгих привязанностей, и пары часто расходились после одного-двух сезонов, но с Ларси Робо был готов провести не просто несколько семейных циклов, а, пожалуй, всю жизнь. Её шерсть была мягче шёлка, а взгляд больших тёмных глаз всегда успокаивал его мятущийся разум. Светлейший посмотрел на спутницу и, довольно фыркнув, издал мягкий, приветственный стрекот.

— Не волнуйся, Ларси, я не голоден. Пища для ума сейчас заменяет мне обед, — он подошёл к ней и нежно коснулся усами её щёки. — Ты лучше сама не забывай о еде. Сейчас, как никогда, тебе нужны силы. Не ради себя, но ради…

Ларси смущённо опустила мордочку, её ушки слегка порозовели. Она грациозно прошла к одному из мягких диванов и осторожно уселась, оберегая свой округлившийся живот.

Она ждала потомство. Его потомство.

Робо почувствовал укол острой, щемящей нежности, смешанной с ледяным страхом. Он невольно вновь обернулся к обзорному окну. Его взгляд, только что полный тепла, теперь упёрся в холодную сталь. Мимо станции величаво проплывал исполинский дредноут наёмников из клана «Рука Гхарда». Его обшивка была покрыта глубокими рытвинами, ожогами от плазмы и грубыми сварными швами — шрамами старого воина, который не знает ничего, кроме битвы.