Онлайн книга «Теперь ты в армии»
|
— И потом, — добавил цесаревич, — вы с дедом всегда учили меня ставить в приоритет вопросы безопасности. Я их ставлю и у меня вопрос безопасности возник, когда на Первозванова напали в центре Москвы. И оказывается, охотились за ним чуть не неделю, и охранявшая его структура слежки не заметила. Сейчас он неожиданно оказался в армии. И в связи с этим у меня вопрос: где я могу оказаться завтра утром? И через сколько дней или недель вы узнаете о моей пропаже? — Саша, не нужно нагнетать, — ответил император внуку. — Я разберусь и сообщу, как так получилось. Общие размышления на эту тему были… Но так, чтобы речь шла о конкретике, не припоминаю. Владимир. Монастырь. — Разрешите, досточтимая матушка? — сестра Татьяна низко склонилась, входя в кабинет для совещаний. Увидев, что в помещении помимо игуменьи Юлианы находятся отец Игнатий и Анатолий Губкин, она уняла внезапное волнение и с вопросительным выражением лица, замерла у порога. — Проходи, проходи, Тань, — согласно улыбнулась настоятельница монастыря. — Садись; только тебя и ждём. Как только сестра Татьяна присела к столу, игуменья Юлиана продолжила: — У каждого человека свой крест и собственное течение жизни: где-то спокойное, где-то рывками. Некоторым нравится делать резкие повороты, а другие привыкли не спеша двигаться в заданном направлении. А иногда человек, даже понимая, что он стоит на пороге нового этапа своей жизни, не решается сделать шаг, чтобы шагнуть за этот порог, и превратить будущее в настоящее. Игуменья достала икону и обратилась к сестре Татьяне: — Встань, Татьяна! Списком этой Почаевской иконы Богоматери благословляю тебя вернуться в мир. Перекрестив Татьяну иконой, она дала ей приложиться к образу и передала святыню, которую Татьяна бережно приняла и прижала к груди. Поднявшийся отец Игнатий обратился к Анатолию Дмитриевичу Губкину: — Встань, Анатолий! Этим образом святого великомученика Георгия Победоносца благословляю тебя на возвращение в мир. — Иногда, осознав что-то, — продолжила настоятельница, — люди даже себе боятся в этом признаться. Мы с отцом Игнатием много обсуждали, как сделать лучше всего и помочь вам. Игуменья Юлиана повернулась к Игнатию и слегка двинула рукой. Игнатий поднял со стола икону Спаса Нерукотворного и крестя ею Татьяну и Анатолия, со словами: — Благословляю вас на брак. Божьей помощи. Господне благословение с вами, — протянул икону для лобызания, а затем отдал её Губкину. Татьяна и Анатолий стояли, замерев и держа в руках иконы, и даже не решались взглянуть друг на друга. — Но и это ещё не всё, — оглядев собравшихся, проговорила настоятельница монастыря. — Ваш общий ребёнок… Увидев, с каким недоумением Анатолий и Татьяна посмотрели друг на друга, Юлиана рассмеялась: — Игнатий, я же говорила, что реакция будет такой! — Так вот, Андрей Первозванов, которому ты, Татьяна, в мать, а ты Анатолий — в отца, затеял благое и великое дело. Весной он попросил у нас благословление на создание приюта. И смог достроить его к концу лета. И много ещё чего строится. И много благих дел творится, которые он на себя взвалил. Но сейчас он в армии и год управлять своим хозяйством не сможет. А там — и глаз, и руки нужны. И вам я даю новое послушание: Анатолий, езжай с Татьяной в Москву, берите на себя тот груз, что он тащил. Перед призывом Андрей сформировал наблюдательный совет за своим холдингом, мы в него входим, все остальные такое решение тоже поддержали. Помогите нашему воспитаннику, сохраните всё, что он делал, не дайте разорить его труды. |