Книга Теперь ты в армии, страница 66 – Алексей Урусов

Понравилась и коллективная борьба против вражеского дрона с помощью магии — под руководством одного из опытных матросов несколько наших ребят создали щит из воздуха, выставив его перед квадрокоптером, а когда он замедлился, удар по нему нанесли сосульками. Далековато было, но дрону хватило, и он завалился на бок, упал и взорвался серди атакующих.

А ещё поразился тому, как слаженно действовали «воздушники», отбиваясь от гранат, которые противник пытался закинуть в наши окопы: моряки не отбивали их, создавая щит из воздуха, как я наблюдал на гражданке и на тренировках в учебном взводе, а «подхватывали» и разгоняли ещё сильнее: гранаты падали за сотню метров дальше наших позиций. А вот «водяные» под руководством Рази Назимова с позывным «Поэт», использовали классический ледяной щит, но объединившись втроём, они выдвигали его далеко вперёд. По команде Поэта: «Полдесятого, ближе, ставим», трое «водяных», державшихся за руки, формировали ледяной щит, ударяясь о который граната взрывалась и её осколки сыпались на атакующих. После того, как три таких гранаты успешно были «утилизированы» на наступающих, бросаться гранатами в нас перестали.

Я тоже готовлю к бою свою «чекавинку», но цели выбираю не ближайшие: где-то там, подальше, в паре сотне метров от солдат, должны быть офицеры, сержанты и связисты… Благо, снайперская винтовка Чекавина до них легко достаёт. Глажу ствол винтовки, тихо шепчу: — Ну что, Роза, поработаем?

Делаю пару выстрелов и понимаю, что у поляков первый накат не получился, и они начинают сдавать назад.

— Передай отделению, — выходит на меня по связи Ходырев, — что сейчас начнётся повторная артиллерийская обработка наших позиций, будьте в готовности прейти в укрытия.

И точно, в небе слышен свист, и мы шустро сыплемся в трюмы.

Через час атака повторилась, через час последовала следующая, ещё большими силами…

Москва. Кремль.

Аристократия, собиравшаяся на торжество, степенно выходила из люксовых машин, поднималась по ступенькам дворца, и оказавшись в громадном, залитом ярким светом, холле, передавала прислуге шубы и не спеша шествовала в Александровский зал. Хотя начало ноября в Москве в нынешнем году был на удивление тёплым, и несколько шагов от машин, парковавшихся у входа во дворец, и до его дверей можно было легко пройти и без верхней одежды. Однако, знать такого себе позволить не могла: не так часто получалось блеснуть не только драгоценностями, но и дорогими мехами, и упустить такой момент непозволительно.

Самыми умными оказались прибывшие пораньше — они проходили к первому ряду кресел, где находилось семейство Гефтов и поздравляли их с предстоящим торжеством, рассыпая комплименты и выражая уважением генералу, его супруге и сыну.

Ровно в десять часов из динамиков раздался голос: — Его императорское величество Николай Петрович Романов, её императорское величество…

Пока шло перечисление всей царствующей фамилии, процессия, во главе с императором вышла на середину зала. Остановившись, Николай Петрович немного вышел вперёд, с улыбкой кивнул головой, и из первого ряда, к нему подошло семейство Гефтов. Поздоровавшись за руку с Николаем Артуровичем и Артуром, а Маргарите Валентиновне поцеловав руку, государь с улыбкой, немного разведя руки, сказал: — Поводом для сегодняшнего собрания стала необходимость нашей молодёжи что-то сообщить окружающим.