Книга Птицы Великого леса, страница 180 – Ульяна Черкасова

Он замолчал, сделал шаг навстречу то ли к Милошу, то ли к лежащей девушке, и Милош вскинул руку. Заклятие сорвалось с пальцев быстрее, чем он успел подумать. Та сила, что жила в крови чародея, до ужаса боялась черноты, окутавшей Ежи. Золотые путы привязали его к лавке у противоположной стены.

— Зачем?! – с беспомощной обидой вскрикнул он и вдруг заплакал. – Я ничего, ничего не сделал. Я только искал тебя.

Он сжался, обнял себя руками, и Милошу невыносимо захотелось обнять его самому. Но нет. Он должен, обязан оставаться равнодушным.

— Что приказала тебе сделать Здислава?

— Принести воду из подземелий башни, я же сказал! А там был этот пленник, весь в цепях, он велел мне забрать сову, и она теперь летит за мной. Он сказал отдать сову лесной ведьме.

— Какую ещё сову? – насторожился Милош. – Где она?

— Не знаю, она всегда появляется сама по себе. Пока я шёл со Здиславой, так она пряталась, но теперь я чаще её вижу.

Вороны разнесли мор над Совином сразу после Хмельной ночи, так говорили в народе. Всех птиц в округе столицы перебили в тот год, не осталось ни голубей, ни воронов, ни даже воробьёв. Но о совах речи не шло.

— Могла сова принести мор? – спросил Милош, хотя сам с трудом в это верил. – Что ещё сделала Здислава?

— Она узнала состав моего лечебного снадобья, только сама сделать не смогла. Я испугался, что не успею добраться до тебя, тогда Здислава дала мне оберег, – лицо Ежи переменилось. – Куколку тряпичную… в такие ратиславские девчонки играют. Сказала, чтобы я выбросил её у ворот города. Только куколка распалась на куски, я не донёс её, один-единственный лоскуток остался.

— И что ты с ним сделал?

— Выкинул.

— Дурак, – Милош закрыл лицо руками.

— Ты же спасёшь Весю?

Взгляд против воли упал на неподвижное тело, накрытое белой простынёй. Дыхание перехватило. Милош сделал шаг, взялся кончиками пальцев за ткань. Он стоял немыслимо долго, не смея пошевелиться, пока медленно, осторожно не стянул простыню на пол.

И только тогда осознал всецело и полно, что всё случилось по-настоящему.

Весняна всегда была красивой, даже с уродливым шрамом на полщеки, даже когда лицо её распухало от слёз. Даже после смерти.

Милошу всегда хотелось говорить ей нежные слова и дарить подарки, подшучивать, лишь бы она радовалась, смущалась, улыбалась, лишь бы голубые глаза сияли. Она была прекрасна, как весна.

Но вся жизнь утекла из неё.

Огонь от неосторожных чар обуглил правую сторону лица, но даже не это пугало, а сосущая тьма в распахнутых глазах. Жизнь больше не билась в её теле, но что-то другое, чёрное и страшное затаилось под рёбрами.

— Ты поможешь Весе?

— Её нужно сжечь, – Милош сделал шаг назад.

— Что?

— Порча всё ещё в ней. Она может быть опасна для других. Тело нужно сжечь.

— Но ты разве не можешь её спасти?

— Она умерла, – собственный голос показался чужим, таким холодным и резким.

— Но разве ты?..

— Я не умею оживлять мертвецов!

Ежи замотал головой, в глазах его застыл ужас. Губы зашевелились, он беззвучно забормотал что-то себе под нос, точно блаженный.

Нельзя ему оставаться в городе. Народ от страха потеряет разум и будет искать виноватых. Ежи вряд ли опасен для остальных, колдовство Здиславы позволило ему пережить мор, но не сделало его истоком. Только поверит ли в это Дара? Захочет ли поверить?