Книга Птицы Великого леса, страница 319 – Ульяна Черкасова

Слова вырывались из него вместе со слюной и слезами. Он вцепился пальцами в жёлтую траву под собой так сильно, точно боялся сорваться и накинуться на Милоша с кулаками.

— И я понял, что мне только одно и осталось: использовать своё проклятие себе во благо. Разве плохо, что я стану защищать людей от духов? Они убивают нас. Чары нас всех убивают, Милош, и тебя тоже. Ты только посмотри на своё лицо!

— Ну, я-то себя убивать точно не буду, – проговорил он. – А иначе мне от чар никак не избавиться. Таким я рождён.

Ежи обиженно надул губы, как он делал всегда, с самого детства.

— И ты тоже должен жить, – продолжил мягче Милош. – Я бы не вынес, если бы с тобой что-нибудь случилось.

Защипало глаза, он выпучил их, прикусил губу, силясь справиться с непрошеными слезами.

— Я…

Милош вздохнул глубоко, собираясь с мыслями.

— Я буду скучать по тебе. И по маме. Поцелуй её за меня, ладно?

Ежи кивнул, подскочил на ноги, распахнул руки и бросился к Милошу с объятиями.

— Нет, стой! – он отпрыгнул в сторону. – Не надо лучше.

Они встали друг напротив друга в трёх шагах, не смея пошевелиться.

— Прости. Я не могу привыкнуть к тому, кто я… Береги себя, – попросил Ежи, и вдруг лицо его вытянулось. – Я вспомнил, – он расстегнул застёжку накидки и распахнул ворот рубахи, – что хотел отдать это тебе, чтобы он тебя защищал, – он снял что-то с шеи, где у него всегда висел сол. – Лови!

Милош едва успел поймать нечто небольшое, медное и с удивительным чувством узнавания провёл пальцами по раскинутым крыльям совы.

— Это совиный оберег, какой носили чародеи Совиной башни, – сказал Ежи. – Я взял его когда-то у Войцеха, он защитил меня от чудищ в подземельях, а теперь я хочу, чтобы он защитил тебя.

Улыбка у Милоша вышла печальной. Он стёр капли дождя с оберега, надел его на шею.

— Спасибо. Я не буду его снимать.

Ежи сморщился, едва сдерживая слёзы.

— Я тоже буду очень скучать по тебе. Потому что…

— Ага, – выдавил Милош. В горле стоял ком. – Знаю.

Дождь всё лил, и оставаться под открытым небом было невыносимо. Но Милош и Ежи долго ещё стояли на расстоянии и говорили, а когда пути их окончательно разошлись, из-за туч выглянуло закатное солнце. Оно проводило сокола, когда тот полетел на восток, и позвало за собой нового Тихого стражника, когда тот отправился на запад.

Великий лес

Месяц травень

От мельницы Милош пошёл пешком. Одежда с чужого плеча была велика, и он постоянно поправлял рубаху. Он снял тулуп, понёс его в руках. Было душно, жарко, но иначе, чем на разгорячённом поле битвы, где от чародейского огня земля раскалялась под ногами, как угли в кузнице.

Пели птицы на разные голоса, вдалеке мычали коровы. С поля, где работали кметы, доносились голоса. Милош послушал шум деревни и спустился к реке, чтобы умыться, заметил в камышах водяного. Дух наблюдал за ним внимательно, и Милош зачем-то ему улыбнулся. Щёку всё ещё неприятно тянуло, когда он слишком широко раскрывал рот.

Дальше, перекинув за спину котомку, он направился по берегу реки, как научила Ждана. Звеня журчала чисто, как серебристый колокольчик. Милош вслушивался в её песню, пытаясь разобрать слова, и время от времени замечал золотые искры в воде.

Впереди, где река делала поворот, стояла берёзовая роща. Она была ещё ярко-зелёная, чистая в своей весенней юности. Милош мог сократить дорогу и обойти её, но пошёл через рощу до самой домовины.