Книга Страх на краю империи, страница 20 – Ян Бадевский

По всем западным кварталам шла битва.

Оторвавшись от оптического прицела, я осмотрел город, чтобы представить общую картину. Издалека доносился монотонным шум, в котором смешались лязг, грохот, рёв моторов и тяжёлое уханье големов, марширующих по тесным улочкам разрушенного Нира.

Да, за предыдущие жизни я насмотрелся на всякое.

И такого дерьма хватало.

Увеличивать отдельные участки мне не потребовалось. Даже беглого взгляда было достаточно, чтобы понять: противник отступает. В привычном средневековье я бы замучался отстреливать всех этих конных рыцарей, никаких патронов на них не напасёшься. А здесь основной урон наносят мехи и одарённые. Причём у меня есть версия, что переломный момент наступил, когда я вынес генерала и телепата-связиста.

Тактическое отступление ещё не переросло в повальное бегство., но всё к тому шло. По городу вихрем носились прыгуны-диверсанты, вырезали зазевавшихся мечников и тут же исчезали, уподобившись ветру перемен. Кое-где рушились дома, из кладки выдёргивались камни, арматура, куски бетона. Весь этот мусор разлетался по сторонам, сокрушая вымазанных кровью и грязью солдат. Рычали бензопилы, ухали коловраты.

Несколько минут я наблюдал за тем, как штурмовые мехи цитадели расправлялись с вражескими бронемашинами. Вот турбированный «Скорпион» запрыгивает на броню, проминая её своей тяжестью, запускает коловрат и всаживает в передний скос — там, где обычно находится обзорная щель, укрытая двумя пластинами брони. Коловрат вгрызается в щель, взламывает броню, а дисковая пила во второй лапе «Скорпиона» разбрасывает искры, как в цеху металлургического завода… Мех ритмично бьёт в разные точки коловратом, и я понимаю, что к искрам добавляется кровь…

Город удалось отстоять.

Я начинаю неспешно собираться.

Здесь моя миссия завершена.

Разбираю и складываю винтовку в футляр, проверяю каждый элемент. Закрываю крышку, щёлкаю замками. Подбираю гильзы, раскиданные там, где я оборудовал позицию. Количество произведённых выстрелов я запомнил, и сейчас пересчитываю то, что осталось. Все гильзы упаковываю в матерчатый мешочек, ещё раз пересчитываю и плотно завязываю тесёмки. К таким вещам надо относиться с максимальной серьёзностью.

И да, увидеть меня вряд ли получится.

Каббалистический комбинезон и вот это вот всё.

Уже собираюсь подхватить футляр и спуститься вниз, к замаскированной двери в подземного Бродягу, когда ощущаю едва уловимое движение.

Лёгкое дуновение ветерка.

На инстинктах врубаю проницаемость.

И это спасает мне жизнь.

Светловолосый подросток в мешковатой одежде скользнул вперёд и молниеносным, выверенным движением рубанул меня по шее коротким мечом.

И меч, и одежда, и стиль боя — всё показалось знакомым.

Жуткое дежа-вю.

Как всегда, спасла проницаемость.

Лезвие прорезало тень, не причинив моим артериям и трахее ни малейшего вреда. Уплотнив руку, я выхватил из нарукавного чехла нож и ткнул в паренька, до боли напоминавшего… моё отражение в зеркале.

Противник уклонился.

Легко разорвав дистанцию, паренёк снова атаковал, используя одну из моих любимых комбинаций. Парировать бесполезно, да и нож против меча не канает.

Позволив вражескому клинку прорезать пустоту, я применил уже знакомый приём — погрузил убийцу в пол чуть ли не по колено. Восстановил материальность бетонной плиты, шагнул вправо, развернулся на носках и одним быстрым тычком завершил спор.