Книга Венецианский роман, страница 103 – Карло Фруттеро, Франко Лучентини

И поэтому я провела в библиотеке Раймондо довольно много времени (теперь оно кажется мне бесконечным), вместо того чтобы сразу броситься к Козиме и выслушать все прямо от нее.

И все это потому, что мало-помалу я начала понимать две вещи, которые, как это ни парадоксально, меня успокоили.

В канцелярии торгового порта (отдел складов и погрузочных пристаней, Маргера) замзавскладом Ломонако на месте не оказалось. А посторонним вход туда строго воспрещен, так что мистер Сильвера не мог пройти к складу 19 у пристани В, чтобы там подождать Ломонако.

— Приходите через полчаса, мы его поищем, – сказали ему у ворот.

Это не очень радостная перспектива, он и так уже потерял время в студии графики, а потом еще на дорогу в такси от площади Рома в Маргеру в часы пик.

Но, к счастью, дождь кончился и, кажется, больше никаких помех не предвидится. И тут появляется Ломонако, которого, видимо, вызвали люди из студии; он сразу узнает клиента.

— Идем, – говорит он. Они идут вместе вдоль железного забора до другого входа, от которого у Ломонако есть ключ.

Они входят и идут дальше между товарными вагонами, наваленными друг на друга ящиками, подъемными кранами. Ломонако ведет его к пристани В в кабинетик при складе, где он работает.

— Здесь нам не помешают, – говорит он. – А что в точности вам нужно?

Мистер Сильвера смотрит на него с удивлением.

— Это вы должны мне сказать. Я знаю только, что должен сопровождать какой-то груз, – говорит он, вытаскивая бумаги, выданные ему толстяком.

Ломонако тоже, кажется, слегка растерян.

— Я ничего не знаю, – говорит он. – Покажите мне ваши бумаги.

Он рассматривает документы несколько минут, читая и перечитывая то список товаров, то сопроводительный лист, потом встает и выходит. Возвращается примерно через четверть часа, покачивая головой.

— Но этот груз, – говорит он, постукивая пальцем по ведомости, – отправляется не из Венеции-Маргера, а из Венеции-Мариттима. Вас должны были послать именно туда.

«Bürokratie», – думает мистер Сильвера, засовывая бумаги в карман. И он говорит себе, что в другой момент и при других обстоятельствах это могло бы его позабавить.

Вот две вещи, которые я поняла в ходе «допроса» Раймондо. Первая: Раймондо считает очень вероятным, что Давид – невменяемый психопат. Вторая: Давид, по мнению Раймондо, если не сумасшедший, то опасный мошенник.

Но я не исключала и того, что Раймондо сам слегка свихнулся, и поэтому его подозрения на меня не подействовали. И даже в каком-то смысле они меня успокоили в отношении ближайшего будущего: можно было надеяться, что Давид зависит от какой-то таинственной организации меньше, чем он мне говорит. И тогда он еще может передумать, что ему делать дальше. Кто знает…

Я понимала, что, как бы там ни было, Раймондо не верит в правдивость «исповеди» Давида во время беседы с Козимой у окна. Поэтому он хочет проверить все сам, опираясь на другие источники и на мое собственное изложение нашей истории.

Что-то вроде устного экзамена на аттестат зрелости, где Раймондо выступает экзаменатором, а я – ученицей. Вот так я себя вижу во второй части его расследования.

* * *

г) ИСКУССТВО И РЕМЕСЛА

Экзаменатор: Расскажите, пожалуйста, чем занимался Сильвера до того, как стал туристическим гидом (впрочем, это его ремесло тоже под сомнением).