Книга Бостонская ведьма, страница 22 – Андреа Каталано

— И она выносила этого ребенка? – уточнила Мэгги.

— Да, вполне успешно, – Элис кивнула. – И роды прошли легко – я ей помогала. Мальчик родился, большой и здоровый, назвали Дэниэлом. Ему сейчас уже двенадцать лет, громадный, как бык. А мы все, включая саму Эбигейл, думали, что ее детородный возраст уж давно закончился.

— Женское тело – чудесная штука, – искренне сказал Томас, и Сэм воодушевленно закивал, широко раскрыв глаза.

— Воистину чудесная, и слава Господу за то, что он создал женское тело!

— Ну ты уж так-то не нахальничай, муженек! – Элис шутливо пихнула его в плечо.

— Кто, я? Да ни за что! – Сэмюэл подмигнул Томасу.

— А расскажите, как вы познакомились, – попросила Мэгги, всегда обожавшая истории о любви, волшебные сказки и романтичные рыцарские легенды.

Стрэттоны переглянулись.

— Что ж, давай, – сказал Сэм, чмокнув жену в лоб, – расскажи им.

Элис вкратце пересказала, как была помолвлена с другим, когда Сэмюэл наконец-то набрался храбрости, чтобы попросить ее руки.

— Я от изумления все слова позабыла, – говорила она со смехом. – Наконец, когда ко мне вернулся дар речи, сказала: «Я обручена с другим», а он мне: «Я знаю, но это же не такое дело, чтобы отменить было нельзя», а я ему: «А почему я должна отменять помолвку ради тебя?». А он в ответ: «Я исполню все твои мечты!»

Томас искренне расхохотался. Вот это самоуверенность!

— А к тому моменту у меня ни разу в жизни не происходило ничего столь же дурного и романтичного, так что его предложение меня впечатлило. И я сказала: «Прямо все-все мои мечты? Что ж, докажи!»

Элис оглянулась на Сэма, и тот продолжил:

— Тут я встал с колен и сделал то, что собирался уже не первый год. Заключил в объятия и от всей души поцеловал прямо в губы.

— А меня никто никогда не целовал вот так. Так что судьба моя прямо там и решилась – посреди общего поля.

— Ого, должно быть, это и впрямь был великолепный поцелуй, – уважительно протянул Томас.

— О да! – Сэм с гордостью кивнул.

— И он по-прежнему тебя так целует? – спросила Мэгги, и Томас рассмеялся. Все-таки жена обожала романтические истории.

Элис кивнула, а Сэмюэл поймал ее за подбородок, заставил повернуться и накрыл ее рот поцелуем. Такое открытое проявление чувств немало изумило Томаса – он не видел ничего подобного с тех самых пор, как покинул Лондон. Стрэттоны оторвались друг от друга и улыбнулись – ни прошедшие годы, ни тяжкий труд, ни дети, ни далекий переезд за океан не притупили их взаимной любви.

— Мне нравится эта история, – призналась Мэгги. Ее глаза светились от счастья. – Как же я рада, что вы поделились ею со мной.

— Вот теперь мы совершенно точно друзья, – рассмеялся Сэм.

— А что ты-то молчишь, Томас? – спросила Элис. – Расскажи нам, где ты подцепил столь безнадежно романтичную девицу?

— Да на дворе-то уже поздновато, – оглянулся тот в окно, – не уверен, что мне хватит времени рассказать все до конца.

— Хотя бы начни, – подтолкнул его Сэм.

— Что ж, хорошо. Мы оба нанялись в услужение на ферму Уиншип в Беркшире. Я начал батрачить там с четырнадцати, и потом шесть лет обучался основам ремесла у одного пожилого работника. Это было лучшее имение во всем Беркшире, очень ухоженное, с замечательным хозяином. Слава о нем разлеталась на многие мили, и немало людей стремилось попасть туда на работу.