Книга Бостонская ведьма, страница 82 – Андреа Каталано

— Придержите свой язык, миссис Джонс, а то я начну думать, что вас за него дьявол дергает! Я немедленно ухожу отсюда!

— Никуда вы отсюда не уйдете, – возразила Мэгги, не отвлекаясь от ступки ни на мгновение. – Потому что никто не сделает вам такую мазь от ишиаса, как я, и вы сами это прекрасно знаете.

Ох, Мэгги, ну зачем же лишний раз тыкать палкой в разъяренного медведя?

Жена Томаса всегда отличалась прямотой, но с тех пор, как Бесс покинула этот мир, вместе с ней ушли и вся кротость Мэгги, и вся ее ласковость.

— Это верно, – согласно проворчала миссис Пирс, – ваши припарки – мое единственное спасение от боли. Ваши познания в травах и в самом деле обширны. Порой, боюсь, даже слишком обширны.

По спине Томаса пополз знакомый холодок. Миссис Пирс намекала, что способности Мэгги не ограничиваются одними лишь припарками из трав. Что у нее имеются и те способности, которых в этой части света принято бояться.

— Ну вот, – Мэгги размазала получившуюся смесь, напоминавшую глину, по кусочку льняной ткани и аккуратно сложила в некое подобие мешочка. – На такой филей, как у вас, в самый раз будет, а?

Томас тихо и раздраженно выдохнул, но тут же улыбнулся. Все-таки его нареченная умела разить словом так метко, что довела это искусство едва ли не до совершенства.

Достопочтенная миссис Пирс швырнула на стол монету:

— Просто отдайте ее мне, чтобы я вас больше не видела, миссис Джонс!

— Мы еще увидимся, когда ваша боль в бедре вернется, – заявила Мэгги, когда женщина уже открыла входную дверь.

— Вы что же, проклинаете меня?

Вот здесь Томас уже не смог сдержаться. Он торопливо шагнул в комнату – как раз в тот момент, когда Мэгги закричала:

— Да никакое это не проклятие, а чистая правда! Боль так и будет возвращаться – когда погода станет более сырой и холодной, когда снова наступит осень, особенно если вы так и будете сидеть и живот отращивать!

— Мэгги! – одернул ее Томас, удивленный такой грубой честностью.

— Достопочтенный мистер Джонс, – миссис Пирс обернулась к нему. – Вам стоит что-то сделать с этими ее дьявольскими речами! – с этими словами посетительница развернулась и вышла, захлопнув за собой дверь.

— Ха! – Мэгги забрала пестик и ступку и направилась на кухню, чтобы как следует их вымыть. – Будто кто-то может мне указывать, как разговаривать… – пробормотала она себе под нос, пристраивая вещи в кадушку и заливая теплой водой из котелка.

— Мэгги! – рявкнул Томас, раздраженный такой бездумной сварой с женщиной, которая, как он ясно видел, готова обвинить его жену в настоящей чертовщине.

— Что? – огрызнулась жена, уперев руки в бока. – Вижу, ты принял слова миссис Пирс всерьез и собрался устроить мне очередную выволочку?

— Видимо, придется, раз ты так старательно меня вынуждаешь! Зачем ты ведешь себя глупо и провоцируешь таких, как миссис Пирс, настолько откровенно? Чего ты рассчитываешь этим добиться? Собираешься сама себя в суде защищать? Готовишься выступать собственным адвокатом?

Мэгги задумчиво наклонила голову набок и воззрилась куда-то вверх, словно обдумывая услышанное.

— А из меня бы, пожалуй, неплохой адвокат вышел…

Томас стукнул кулаком по столу, и она вздрогнула.

— Сейчас не время для шуток, Мэгги! Мы не в Лондоне! Круглоголовые, может, и продолжают сражаться с королем там, в Англии, но здесь, в Массачусетсе, они выиграли свою войну! И тебе стоит научиться сдерживать себя, женщина! – он внимательно взглянул жене в лицо – на ее щеках разлился румянец, глаза округлились, а брови сошлись к переносице. Такое лицо у Мэгги бывало всякий раз, когда она резко осознавала собственную глупость.