Книга Сводные. Я тебя уничтожу, страница 37 – Яна Лари

В день выступления мандраж набирает катастрофические обороты.

— Удачи! Ты справишься, — подруга пытается поддержать меня как может, но по мере заполнения зала зрителями я понемногу теряю способность сдерживать страх перед позорным провалом.

Приходится напоминать себе, что я взяла на себя обязательства, и их нужно выполнить, особенно теперь, когда коварный план Чалова видится яснее ясного. Он ничего не теряет. Ему плевать на команду и бонусы, ради которых старается каждый из нас. Он принёс моё платье перед самым спектаклем, хотя всем остальным костюмы выдал ещё накануне. Уверена, его цель — посадить меня в лужу. А то, что самому придётся тоже намочиться, лишь сопутствующие неудобства, не более.

Конечно, за двоих отыграть наши роли я не смогу, мне и моя-то не даётся. Текст заучен блестяще, но фальшь прямо скрипит на зубах. Я полночи проплакала, потому что из-за меня пострадают остальные ребята. Пусть мы не победим, но хоть не сильно опозоримся.

За кулисами все сбились в небольшие группы. Душно, мутит от нервов и запаха пыли. Полумрак навевает подавленность.

Когда зал взрывается аплодисментами нашим соперникам, я готова как кисейная барышня шлёпнуться в обморок. Готовность пять минут…

Я отхожу к кулеру, чтобы выпить воды.

— Ты и Чалов в главных ролях? — отвлекает меня Кобылкина, когда я тянусь за одноразовым стаканом. — Как романтично, надо же… — с издёвкой тянет она.

— С удовольствием бы поменялась с тобой местами.

— А я с тобой — нет.

— Эля, что тебе от меня нужно? Есть претензии к Чалову, выскажи ему. Достали!

Она открывает рот, словно хочет ещё что-то сказать, но сомневается.

Не может сформулировать очередную гадость?

Я ухожу, не желая портить себе настроение за пару минут до выхода на сцену. Второпях подрезаю кого-то плечом. По традиции, конечно же, Арса!

— Я, кажется, понял, в чём твоя проблема. Ты так внимательно смотришь вперёд, что у себя под боком ничего не видишь, — смеётся он, потирая ушибленное место.

— Ох, прости! Ты в порядке? — спрашиваю с искренним беспокойством.

Как ни странно, спор нас ничуть не отдалил. Наоборот, теперь, когда Рахманов начал вести себя нормально, без томных намёков и прочих пикаперских штучек, общаться с ним стало намного приятнее. Правда, теперь он частенько ошивается у нас с Юлей, дегустируя всё подряд на правах гостя.

Я всё жду, когда он созреет пригласить её на свидание, но, видимо, Арс воспринял мой совет не торопиться буквально.

— Держи, на удачу. Утром попался в саду, — шепчет он быстро мне на ухо, потому что на сцене в этот самый момент объявляют наш выход.

За неимением карманов прячу листок в вырез жёлтого платья и торопливо его обнимаю.

— Спасибо! — тоже шепчу ему на ухо. — Кавалер ты никакущий, но человек неплохой!

— Рахманов, свали с глаз моих в зрительный зал. Тая, обжиматься будешь после спектакля! — кричит Чалов направляясь к нам с перекошенным от гнева лицом.

От выражения его глаз мороз по коже. Неясная угроза, исходящая от сводного брата, сжимает сердце в ледяные тиски.

Времени не остаётся даже послать его. Взволнованно прячу руки в складках пышной юбки, занимаю позицию…

В последнюю секунду Яр намеренно наступает на подол, и одновременно с тем, как поднимается занавес, слышится треск.

С первых рядов раздаются смешки.