Онлайн книга «Твой ребёнок будет моим»
|
— Андрей?.. — сиплю пересохшим ртом. Он вздрагивает, поднимая на меня налитые кровью глаза. В них нет ни капли жалости. Только животная ненависть и обида. — Очнулась, дрянь? — шепчет он, наклоняясь к самой сетке кровати. — Почему ты не в изоляторе?.. — Адвокат холдинга внес залог пять миллионов рублей, — кривит он губы в презрительной усмешке. — Следователь разрешил зайти сюда на пять минут перед моим домашним арестом. Я пришел плюнуть тебе в лицо, Лена. — Андрей, послушай меня... — Что слушать?! Твое вранье про великую любовь?! Ты подсунула мне чужого ублюдка! Украла биоматериал мертвой бабы! Разрушила мой бизнес, втоптала мое имя в грязь! Совет директоров отстранил меня от руководства девелоперским филиалом! — Ты сам подписал фиктивный договор суррогатного материнства! — пытаюсь повысить голос, но из горла вырывается только сиплый свист. — Ты хотел обмануть Веру! — Я хотел сохранить семью и активы! — шипит он, брызгая слюной на простыню. — А ты использовала меня как половую тряпку! Знаешь, куда поедет твой выродок из кювеза? В дом малютки номер два! Я лично отозвал все гарантийные письма фонда! Ни рубля на его лечение холдинг не даст! — Не смей трогать ребенка, мразь! — Он сдохнет в казенной палате, Воронова! — цедит Андрей, поднимаясь со стула. — А ты сгниешь на тюремной койке за кражу медицинских препаратов и мошенничество! Я позабочусь, чтобы тебе дали максимальный срок! — Время вышло, гражданин Ефремов, на выход, — конвойный трогает его за плечо. Андрей резко разворачивается и шагает к двери, даже не оглянувшись. Остаюсь лежать в абсолютной тишине. Слезы бессилия выжигают кожу на щеках. Все кончено. Мой грандиозный план рухнул. Андрей предал меня второй раз за жизнь. Сын обречен на сиротский приют. Свобода потеряна. Здоровье уничтожено навсегда. Дверь палаты снова открывается с легким шорохом. На пороге появляется Вера. В руках она держит плотную картонную папку синего цвета с золотой гербовой печатью отдела опеки и попечительства. Шагает размеренно, ступая мягкими кожаными сапогами по больничному линолеуму. Садится на освободившийся стул. — Ты слышала Андрея? — шепчу я, глядя в потолок. — Слышала каждое слово за дверью, — отвечает Вера ровно. — Он всегда был предсказуем в своей низости. — Ты пришла позлорадствовать? Посмотреть на труп бывшей подруги? Вера молча открывает папку, извлекая оттуда белый лист свидетельства о рождении с водяными знаками. Кладет документ мне на грудь. Опускаю подбородок. Графа «Ребенок»: Ефремов Лев Андреевич. Графа «Мать»: Ефремова Вера Николаевна. Графа «Отец»: Ефремов Андрей Сергеевич. Дыхание перехватывает. Глаза расширяются от шока. — Что это?.. — шепчу онемевшими губами. — Я оформила усыновление через экстренный протокол департамента социальной защиты, — Вера смотрит мне прямо в душу с ледяным спокойствием. — Мальчик признан моим законным сыном. Лучшие неонатологи города перевели его в отдельный платный бокс. Он будет жить в моем доме. Расти вместе с Мишей и моим будущим вторым ребенком. — Ты... ты забрала его себе? — слезы брызжут из моих глаз с новой силой. — Зачем, Вера?! Он же генетически чужой! — Чужих детей не бывает, когда на кону стоит человеческая жизнь, — произносит она твердо. — Но у этого решения есть цена, Лена. |