Книга Один день в октябре, страница 16 – Маруся Хмельная

Мы вышли из кабинета. Алексей не смотрел нам в след. Он был повержен не криком, не скандалом, а неопровержимыми фактами, представленными с ледяным спокойствием.

Затем настал черед самого трудного — звонка матери. Виталина снова собралась с духом, и я почувствовал, как ее решимость крепчает.

— Попробуй сама, — мысленно предложил я, отступая еще дальше, уступая ей контроль над голосовыми связками.

И случилось невероятное. Я ощутил, как ее воля, словно ток, проходит по нервам, как напрягаются мышцы гортани. Голос, который прозвучал, когда она набрала номер, был ее собственным. Я был лишь эхом на заднем плане.

— Мама, — сказала Виталина, и в ее голосе не было ни страха, ни злости, лишь твердая, непоколебимая нежность. — Я люблю тебя. Но я взрослый человек, и свою жизнь я буду строить сама. Я принимаю решения, касающиеся меня и моего сына. Мне нужна не твоя критика, а твоя поддержка. Если ты не можешь ее дать, нам лучше немного побыть врозь. Я сама разберусь в своей жизни.

На той стороне повисла тишина, но на сей раз не истеричная. Она была ошеломленной. Затем мать тихо, почти обреченно, произнесла:

— Как знаешь… — и положила трубку.

Мост не был сожжен. И он получил опору из выстроенных границ и уважения чужих решений.

Вечером, когда мы подошли к машине, Артем выскочил навстречу. Его лицо сияло, но на сей раз не только от предвкушения прогулки.

— Мама! Дядя Миша сказал, что я молодец, что помог ему разобраться с навигатором!

Дядя Миша вышел и смотрел на Виталину с улыбкой. Впервые за это время.

— Он и правда молодец, у него прекрасные навыки работы с программами, — сказал он, и его взгляд говорил: «И вы сегодня тоже преобразились. Наконец-то».

Мы шли на прогулку, и я чувствовал, как Виталина почти полностью управляет телом. Ее шаги были уверенными, осанка — прямой. Она не просто играла роль сильной женщины — она ею становилась.

Когда день подошел к концу и мы легли в постель, в доме царил мир. Не зловещее затишье перед бурей, а глубокий, выстраданный покой. Артем спал, умиротворенный. Сергей был в своем кабинете, но напряжение между нами сменилось настороженным перемирием.

— Мы… все исправили? — робко спросила Виталина, ее мысленный голос дрогнул.

— Надеюсь, что да, — ответил я.

— Мы прощаемся?

Если в первом вопросе, как мне показалось, ее голос дрогнул от надежды, то сейчас я уловил другую ноту — щемящей грусти.

Я и сам вдруг почувствовал укол в сердце, представив, что больше не буду участвовать в жизни Виталины. Не почувствую ее эмоций, не услышу ее голоса. Не увижу больше такого трогательного Артемку.

Что лишь означало, что я задержался в этом теле. И это надо исправлять.

— Да, Виталина. Ты молодец. Справилась со всеми проблемами. Я рад за тебя и желаю, чтобы твоя жизнь наладилась. И сегодняшняя решимость никуда не делась.

— Спасибо, наверное… Знаешь, это было не лучшее приключение в моей жизни. Но если бы не это… Моя жизнь катилась под откос, и я бы не смогла ничего исправить сама. Спасибо за шанс.

— Моей заслуги тут мало, — мысленно усмехнулся я. — Это был результат ошибки. Но раз это помогло тебе, значит, так было нужно. Спокойной ночи, Виталина… И прощай.

— Спокойной ночи, Магдайлер… Спасибо и прощай.

* * *

Как вы помните, у нас запланировано 10 глав, а сейчас только седьмая. И это значит, что их совместное приключение еще не закончено. Что-то они не сделали. Или сделали не так. Как думаете, в чем подвох?)) Ваши версии.