Книга Я найду тебя в любом из миров. Книга 1. Жрица, страница 32 – Арина Ветрова

Он вспомнил утренний разговор с Ненофер — её ледяное спокойствие, её мраморное лицо, её улыбку без тепла.

Если она замешана в чём-то, то не оставит следов. А если оставит — то только те, которые сама захочет показать.

Фараон отставил чашу, подошёл к карте, развёрнутой на отдельном столике, и провёл пальцем по Нилу — от Уасета до Мемфиса, от Мемфиса до Бубастиса.

Там, в Бубастисе, праздник богини Бастет. Там мой тесть. Там Айя встретится с дедом. И там же… у Ненофер, возможно, свои люди.

Он убрал руку и тяжело вздохнул.

За окном окончательно стемнело. Где-то вдалеке завыл шакал — или показалось. Сети закрыл глаза на мгновение, потом открыл.

— Завтра, — сказал он тихо в пустоту комнаты. — Завтра мы отплываем. И там, на воде, между небом и рекой, может быть, станет яснее.

Но он сам не верил в это.

Луна уже перевалила за крышу дворца, когда Айя наконец осталась одна.

Служанки ушли — те, кого Ненофер выделила взамен пропавшей Амунет. Чужие, молчаливые, с глазами, которые смотрят куда-то мимо. Айя не раздевалась — сидела на постели, обхватив колени руками, и смотрела в темноту.

Кошка лежала рядом. Свернулась клубком, прижалась тёплым боком к бедру девочки, и её урчание заполняло тишину — ровное, как дыхание реки.

— Они все врут, — тихо сказала Айя.

Кошка приоткрыла один глаз. Золотой, светящийся в лунном свете.

— Отец говорит, что всё хорошо. Джедкар кланяется и говорит, что беспокоиться не о чем. Ненофер… — девочка помолчала, — Ненофер вообще ничего не говорит. Только смотрит.

Она погладила кошку по голове — от уха до уха, короткими, нервными движениями.

— Амунет не вернулась. Я знаю.

Кошка подняла голову, потянулась и вдруг — неспешно, по-хозяйски — перебралась на колени к девочке. Устроилась. Посмотрела в лицо.

— Ты знаешь больше меня, правда? — Айя наклонилась, уткнулась носом в тёплую шерсть. — Бастет не просто так дарит людям кошек. Ты — её глаз. Её лапа. Её…

Она запнулась.

— …её голос?

Кошка моргнула. Медленно, как умеют только кошки. И вдруг — тронула лапой щёку Айи. Без когтей, просто подушечками. Тепло и требовательно.

— Ты хочешь сказать, что я должна успокоиться? — девочка чуть улыбнулась.

Кошка фыркнула.

— Нет, — поняла Айя. — Ты говоришь, что я должна… смотреть. Ждать. Не верить. И не бояться?

Кошка зевнула — огромно, с розовым языком, — и снова уткнулась носом в ладони девочки.

Айя обняла её, прижала к груди.

— В Бубастисе мы встретим дедушку, — прошептала она. — Главного жреца Бастет. Может быть, он объяснит мне, как слышать тебя. Не просто чувствовать, а… понимать слова?

Кошка заурчала громче.

— Или, — вдруг добавила Айя, и голос её дрогнул, — ты хочешь предупредить меня. Что этот путь — опасный. И не все, кто плывут с нами, желают нам добра?

Кошка перестала урчать.

Секунду — долгую, как целая жизнь — она смотрела на девочку немигающим золотым взглядом.

А потом соскользнула с колен, подошла к двери и села, глядя в щель под ней. Спина прямая. Хвост обвил лапы.

— Ты уже кого-то чуешь, — прошептала Айя. — За дверью?

Кошка не обернулась.

Девочка встала, подошла к двери, присела на корточки рядом с ней. Не открыла. Только приложила ухо к тёплому дереву.

Тишина.

Но где-то далеко — может быть, в конце коридора, может быть, в другом крыле дворца — раздались шаги. Мягкие, крадущиеся. Или ей показалось?