Книга С тобой по краю, страница 104 – Анна Мишина

Оседаю на пол. Ерошу волосы. Выгнал девчонок из комнаты, дрых, как сто лет не спал. Сейчас бодр как никогда. Сажусь боком, чтобы не пропустить момент пробуждения. По херу, готов сидеть хоть всю ночь.

— Ой, – повернувшись, Паша натыкается взглядом на меня. Словно почувствовала мое присутствие. – Давно не спишь? – спрашивает, положив ладошку под щеку, и смотрит на меня, смотрит. Внутри кровь тут же закипает. Нравится она мне. Сил нет, как нравится.

— Вот минут двадцать как, – отвечаю, не разрывая наш зрительный контакт. Так тепло в груди от этого взгляда. Мурашки по коже. – Выселил вас из вашей же комнаты, – хмыкаю.

— Выспался?

— Ага, за все два года будто, – киваю.

Улыбнулась.

— Мне ехать надо.

— Куда? – хмурится.

— В отель. Вас тут стеснять не вариант.

— Отец сегодня уже не придет. Он остался у друга. А утром на работу. Придет только под вечер. Ты здесь можешь переночевать, – предлагает.

— Если ты не против, – замираю и смотрю на нее. Такую домашнюю, желанную до помутнения рассудка.

— Я не хочу, чтобы ты по ночам катался. Вот и все, – садится в постели. Я чуть отодвигаюсь. – Сейчас Аришу перенесу в кроватку. А ты пока включи ночник у нас в спальне, – просит.

Паша вносит девчонку в комнату. Та начинает ощупывать ее рукой по груди. Девушка улыбается. Я же замираю в стороне и наблюдаю за ними. Павла садится на постель, укладывает поудобнее в руках дочь. Скидывает бретельку ночной рубашки с плеча, дает дочери грудь. Я стою и как маньяк пялюсь на происходящее. Это слишком личное и мне дали шанс окунуться в это. Слышу, как чмокает ребенок, присосавшись к полной материнской груди.

А Паша поднимает взгляд и смотрит на меня. Я не могу устоять в стороне и подхожу ближе. Впиваюсь взглядом в грудь, которую сосет дочь. Моя дочь. Моя женщина. Я хочу, чтобы она была моя. Но мои косяки… сможет ли она меня простить?

— Нам нужно поговорить, – вырывает ее голос из мыслей.

Киваю. Да, нам нужно поговорить. Все обсудить и понять, как двигаться дальше.

Аришка выпускает грудь и, звонко причмокнув, засыпает. Паша перекладывает ее в кроватку. И мы выходим из комнаты.

— Голодный? – спрашивает, а я киваю. Еще какой. – Борщ? – предлагает.

И я киваю как дурак. Буду, все, что она предложит, буду.

Потом ем безумно вкусный суп. И не могу оторвать от нее своего взгляда. Будто я не суп ем, а ее. Когда моя тарелка пустеет, Паша ее забирает и разливает чай по кружкам.

Вот теперь можно и поговорить.

— Ты должен мне все рассказать, – говорит она тихо, не отрывая глаз от своей чашки. – Все. Я должна понять, что произошло. Потому что все это время, что прошло без тебя, я не знала, как оправдать тебя. Сначала, правда, я тебя жутко ненавидела. Но с появлением Ариши все изменилось, – вскидывает на меня взгляд карих глаз, полных слез.

— Я вчера всю ночь пытался выстроить монолог у себя в голове. Понять, с чего начать. И, видимо, зря, потому что сейчас я не знаю, с чего начать, чтобы все тебе рассказать, – смотрю на нее, ловя взгляд. Огромные карие глаза заглядывают в самую душу. А я и не прячусь. Смотри, сколько хочется.

— Только не ври мне, – просит она.

— Помнишь, в отпуске в Сочи я встречался с бывшей женой? – начать, так с истоков проблем.

Кивает.

— Я тебе тогда не все сказал, да и не считал нужным посвящать в те дебри. Мы расстались плохо. Были молоды и прочая фигня. Я тебе рассказывал. Но не это стало причиной разрыва. Я застукал ее с другим. Нашим отношениям было полгода. Я не знаю, что это за хрень, но этот срок в шесть месяцев преследует меня всю жизнь. Любые отношения – это шесть гребаных месяцев, плюс-минус. Я не сразу уловил это. Мои отношения перед нашей встречей тоже продлились около шести месяцев. Я и нам в договоре выделил это время. Не знаю. Все заканчивалось изменой, но не с моей стороны. Магия, блять, какая-то.