Книга Таксидермист, страница 16 – Андрей Северский

Со зверем или людьми. Я не делил риски по происхождению.

До известного входа в систему каверн было восемь километров по прямой.Оставил основную платформу у капсулы и взял малый грузовой полоз. Он тянулся за мной на магнитном тросе, нёс станину, контейнер, запасные баллоны и то количество инструментов, без которого любой профессионал мгновенно превращается в туриста.

Маршрут проходил между двумя кратерами, затем вдоль светлой кварцевой жилы. Первые двести метров ничего не происходило. Это настораживало.

На третьей сотне увидел движение. Небольшой камень отделился от склона и пополз вверх. Я остановился. Камень тоже.

Размером он был с человеческую голову. На тёмной поверхности блестели куски кварца и металла. Ни глаз, ни конечностей сначала не различил. Потом снизу высунулись шесть коротких лап. Осколочный краб.

Он стоял в двадцати метрах и оценивал меня четырьмя матовыми ямками на передней пластине. Панцирь был собран из того, что нашлось вокруг: белые кварцевые чешуйки, тёмный металл, кусок красной изоляции и половина старого крепёжного кольца.

Не маскировка. Биография.

Краб сделал шаг к грузовому полозу.

— Даже не думай, — сказал я.

Он не послушался.Наверное, не услышал.

Разумности в нём не было. Только электростатическое чувство, которое сообщало: у чужого объекта много интересных деталей.

Краб ускорился. В слабой гравитации это выглядело смешно до момента, когда он прыгнул. Несколько неразумно с его стороны — можно ведь и покинуть свой «дом».

Я дёрнул полоз в сторону. Краб пролетел мимо, ударился о выступающий камень, мгновенно развернулся и вцепился в конец страховочного троса. Его передние лапы выделили прозрачный секрет. Трос прилип к панцирю.

— Отдай.

Краб потянул, и я потянул в ответ.

Массы были несопоставимы, но он цеплялся четырьмя лапами со специальным липким секретом. Трос задрожал.

— Григорий Алексеевич, — сказал Архивариус, — применение оружия к организму массой семь килограммов будет чрезмерным.

— Я ещё не применяю.

— Ваш пульс указывает на подготовку.

Вместо выстрела закрепил фал на поясе, сделал два шага и накрыл краба мягкой сеткой из бокового кармана.

Он дёрнулся. Кварцевые пластины на спине вспыхнули отражённым светом. Одна лапа попыталась перерезать сетку, но нить сжалась и зафиксировала суставы.

Поднёс животное к визору. Краб замер.

На его спине, между куском красной изоляции и кварцевой пластиной, сидел чёрный обломок керамики. Слишком ровный для природного. Отделил его пинцетом.

Фрагмент был толщиной в два миллиметра, с тонкой внутренней дорожкой и остатком прозрачного покрытия. Часть корпуса микроразведчика или сенсорного лепестка.

— Маркировка?

— Отсутствует.

— Производитель?

— Структура композита не соответствует открытым каталогам. Метод напыления дорогой. След излома свежий.

— Насколько?

— Не более десяти суток. Вероятнее — двое или трое.

Я повернул обломок другой стороной. По краю шёл ремонтный шов. Не машинный. Кто-то вручную заполнил микротрещину прозрачным составом и провёл инструментом дважды: сначала поперёк, потом вдоль. Работа была аккуратной. Слишком аккуратной для одноразового зонда.

— Узнаёшь технику?

— Общая практика полевой реставрации композитов. Недостаточно признаков для атрибуции.

— Я не спрашивал про атрибуцию.