Книга Таксидермист, страница 18 – Андрей Северский

Страховочный трос натянулся. Грузовой полоз сдвинулся к краю. Включил магниты на максимальную мощность и ударил механической ногой в трещину. Встроенный шип вошёл в камень. Полоз продолжал тянуть.

— Масса груза триста восемьдесят четыре килограмма, — сообщил Архивариус.

— Спасибо.

— Уточнение влияет на расчёт.

— На настроение тоже.

Перехватил трос обеими руками. Правое плечо отозвалось болью. Органическая мышца потянулась. «Кузнечный Мех» подал усиление на силовые волокна костюма.

Полоз остановился в полуметре от края. Под ним откололся ещё один кусок. Пришлось притянуть платформу лебёдкой к стене и закрепить вторым крюком.

Обвал закончился так же внезапно, как начался. Сеть резонансных корней побледнела.

— Предупреждение составило одну целую четыре десятых секунды, — отметил Архивариус.

— Достаточно.

— Только потому, что вы были закреплены.

— Поэтому и был.

Я осмотрел карниз. Дальше проход исчез -на его месте осталась рваная щель шириной метров десять.

Перебраться одному было можно.С полозом — слишком велик риск стать ещё одним спутником Солнца.

Взгляд на карту. Альтернативный маршрут добавлял три километра и выводил ко входу снизу, через участок с неизвестной структурой.

Прямая дорога требовала оставить груз или построить переправу.

— Напряжение вокруг?

— Снизилось. Повторный сдвиг в ближайшие пять минут маловероятен.

— Пять минут — щедро.

Снял с полоза две складные направляющие полевой станины. Они были предназначены для фиксации туши, а не для мостов. Но металл редко интересуется назначением, пока выдерживает нагрузку.

Разложил их поперёк щели, связал вакуумными нитями и закрепил гарпунами.

Проверил трижды.

Потом перевёл полоз в режим независимого движения. Он медленно пополз по направляющим.

На середине одна балка прогнулась.

Архивариус показал красный сектор нагрузки.

— Двадцать процентов до предела.

— Вижу.

— Десять.

Полоз прошёл ещё метр.

— Пять.

Направляющая треснула уже после того, как груз оказался на другой стороне.

Я разобрал мост и осмотрел повреждение. Одна секция станины получила продольную трещину длиной девять сантиметров.

— Работоспособность?

— Для полной массы Стеклянного Змея потребуется усиление.

— Добавь в список.

— Сопло, станина, покрытие предплечья.

Чуть дальше кварцевая жила уходила под поверхность. По ней тянулась широкая тёмная борозда. Я остановился за десять метров.

Края борозды были оплавлены. Не раскрошены, не пробиты. Кварц превратился в гладкое стекло, затем застыл волнами. В центре проходил канал шириной с ладонь.

— Лазерное воздействие, — предположил Арх.

— Вижу.

Приблизился. Стекло оставалось чуть теплее окружающей породы. На краях рос тонкий серебристый налёт. Игольчатые нити расходились веером, ловили остаточное тепло и дрожали от слабых зарядов.

Стеклянная плесень. Свежая.

Провёл сенсором над колонией:

— Возраст разряда?

— От семи до одиннадцати часов. Погрешность зависит от локального газового выброса.

— След движения?

Архивариус подсветил микротрещины вокруг борозды. На пыли лежали широкие сглаженные участки. Не отпечатки лап. Тело Змея скользило по камню, распределяя массу на десятки опорных пластин.

След уходил не к центральной каверне. Он шёл наружу. К поверхности.

— Кормовой пласт? — спросил я.

— В данном направлении архивные карты не отмечают крупных кремниевых залежей.