Книга Пятый подвиг Геракла, страница 66 – Александр Борисович Михайловский, Юлия Викторовна Маркова

— Германия в границах на двадцать второе июня сорок первого года тебя устроит? — спросил я. — Если да, то пора действовать. Как только новость о смерти Гитлера или его серьёзном нездоровье вырвется за пределы «Вольфшанце», то счет пойдёт на часы, если не на минуты.

— Хорошо, я готов! — сказал будущий фюрер всея Германии, подтянувшись. — Что нужно делать прямо сейчас?

Вместо ответа я раскрыл портал в Тридесятое царство, туда, где квартировал германо-тевтонский батальон спецназначения под командованием гауптмана Вернера фон Баха, и крикнул:

— Боевая тревога, парни, форма одежды номер три, и командира ко мне, бегом марш!

Не прошло и минуты, как через портал в мой кабинет, на ходу застегивая последние пуговицы мундира, вбежал мой добрый Вернер.

— Здравия желаю, герр командующий! — выкрикнул он, становясь по стойке смирно. — Гауптман Вернер фон Бах прибыл по вашему распоряжению!

— Вольно, Вернер, — сказал я. — Вот этого человека зовут Рейнхард Гейдрих, он будущий фюрер всего немецкого народа. По крайней мере, на данном этапе мы с Небесным Отцом хотим, чтобы было так, а не иначе, потому что это сильно уменьшит количество жертв, в том числе и среди немцев. Надеюсь, ты меня понимаешь?

— Яволь, герр командующий, понимаю! — гаркнул гауптман под раскаты небесного грома, слышные даже здесь, в святая святых космического линкора цивилизации пятого уровня.

— В таком случае, — сказал я, — сейчас ты со своими людьми пойдёшь вместе с этим человеком и будешь выполнять его указания. Если он скажет, что кого-то нужно убить, то вы его убьете, если арестовать, то арестуете. И, самое главное, нужно позаботиться, чтобы ни по телефону, ни по радио, ни каким-либо иным образом в Берлине не стала известна истинная подоплека происходящих событий. Это должно быть сделано в первую очередь.

— Яволь, герр командующий! — отрапортовал гауптман фон Бах. — Ваше указание будет выполнено максимально точно и в полном объеме! Разрешите выполнять?

— Выполняйте! — скомандовал я и хлопнул Гейдриха по плечу. — Не мандражируй, Рейнхард, тут все как в воздушном бою: если враг подставил тебе свой хвост на пистолетной дистанции, то твое дело — расстрелять его из всех стволов, прежде чем он опомнится и вывернется из опасного положения.

— Вот это точно, герр Сергий, — сказал мой нечаянный протеже.

И тут в мой кабинет, топая сапожищами, стали вбегать бойцы гауптмана фон Баха. Пух и прах, прах и пепел… У бедолаги Рейнхарда при виде таких волчар в буквальном смысле глаза на лоб полезли. Вот это я понимаю, истинные арийцы! Особенно хороши были доппельсолднеры, таскающие пулемет МГ–34 с примкнутой коробкой на пятьдесят патронов словно игрушечное пластмассовое ружьишко…

Дальнейшее было делом техники, и наблюдали мы за событиями через просмотровое окно, готовые вмешаться, если потребует ситуация. Как минимум Вернер фон Бах и бойцы его батальона были моими людьми, за которых я несу всю полноту ответственности и перед Единством, и перед своей совестью.

Когда Гейдрих, Вернер фон Бах и бойцы из группы непосредственного прикрытия ворвались в спальню к Гитлеру, тот был ещё жив, пытался говорить, но с губ слетало только невнятное мычание.

— Мой фюрер! — вскричал миляга Рейнхард, картинно падая на одно колено перед постелью умирающего. — Едва только я узнал, что вам стало плохо, то сразу забросил все дела и бросился сюда. Скажите, что нужно сделать — и я все исполню!