Онлайн книга «Год 1991-й. Вторая империя»
|
Северо-Западная Русь и раньше стояла немного наособицу, потому что Ильменские словене происходят не из восточных, а из западных славян, но теперь, перед завоеванием, ее хотят совсем оторвать от общей семьи. Агенты Ливонского ордена, кишащие в теремах набольших людей подобно тараканам, подкупают, распускают слухи и интригуют, в первую очередь против Верховного князя Александра Ярославича и еще немного против меня. Мол, и колдун я, и чужеземец, побивший белого и пушистого Батыгу нечестными методами. Новгородцев и псковичей под Рязанью и близко не было, уже потом информацию о события зимы 1237−38 годов на своих потных лапках в их края принесли купцы и разные калики перехожие. От них этот мир узнал и о неуловимых белых всадникам, скачущих по сугробам и болотам как по твердой земле, и о страшных железных зверях, растерзавших ядро Батыева войска, и о плазменном ударе, уничтожившем тумен Бурундая. К тому же основная часть Руси из этого испытания вышла не ослабленной и разоренной, а усилившейся и переживающей процесс консолидации. Устранение из политической жизни таких видных князей-диссидентов, как Даниил Галицкий и Михаил Черниговский, вместе с сонмом их единомышленников, укрепило ее внутреннее единство, а совместный поход княжеских дружин в степь ради примучивания монгольских кочевий добавил процессу энергичности. А вот ватаги ушкуйников в этом деле не участвовали: на степных просторах этим передвигающимся на лодках пешим головорезам было ни примериться, ни развернуться. Но и это было еще далеко не все. Этой весной караваны рахдонитов (есть и такое явление) принесли на Русь весть о полной и окончательной гибели степной империи потомков Чингисхана. Мол, задумал каган Угэдей еще один поход на Русь, дабы отомстить за истребленное Батыево войско, но прознал о том заморский князь Серегин, человек с ледяным сердцем и волчьими зубами, и страшно разгневался на царевичей-чингизидов, истребив всех до последнего прямо на сходке в царской ставке. Была монгольская держава, раскинувшаяся на просторах от Кореи до Ирана — и вот теперь ее уже нет, а все обиженные и угнетенные поднимают головы, чтобы отомстить своим насильникам и захватчикам. Никакой угрозы с той стороны для нарождающейся России теперь просто нет — наоборот, все эти тысячи верст на восток, до самых седых волн Тихого океана, теперь ничьи, то есть свои исконные. Вот где понадобятся лихие новгородские ушкуйники, вполне пригодные для того, чтобы раздвигать границы в полной оперативной пустоте. И в тоже время в Рижском замке чешут головы ландмейстер Тевтонского ордена в Ливонии Дитрих фон Грюнинген и его комтуры. Артанский князь-колдун Серегин со своим страшным воинством из этого мира ушел, а вот его рука, простертая в небесах над мятущимися людскими массами, осталась. Чуть что не так — и сожмутся железные пальцы, хрустнут кости и потечет сок. Садиться на кол (молва донесла и такие подробности), как ныне покойным чингизидам, верхушке ордена очень не хочется. Больно это, да и неприемлемо для рыцарского достоинства. И вообще, Русь от Батыева нашествия пережила только кратковременный испуг, сохранив все прежние возможности и даже увеличив внутреннее единство. Даже если не вмешается князь-колдун, помощь Новгороду в случае войны придет со всех концов нарождающейся русской державы, и такая закалка боем только нарастит ее силу. Поэтому и хочется европейским феодалам пойти войной на Русь, и колется. Силы ими накоплены уже немалые, но созревающий на востоке русский Колосс, кажется, готов проглотить их за один укус и сам пойти в сокрушающий поход на запад, до Одры и Лабы. |